Я стояла спиной к занятым этим кураторам и хранителям академии, спасая нежную психику от эпического зрелища.

Предельно серьёзный Рэйдан стоял рядом со мной и чутко следил за окружением. Он снова удивил: его надменность и красование исчезли, едва он отправил остальных на разделку, а себя назначил ответственным за контроль пространства. Длинным заклинанием Рэйдан создал шесть сотканных из сумрака глаз и поставил их по периметру. Как объяснил – он мог переключаться между ними, и эти сумрачные глаза обладали ночным зрением.

Первое время я, проникшись суровым видом Рэйдана, молчала и не мешала отслеживать потенциальных врагов, но меня ещё переполняли эмоции от увиденного, стоять было скучно, от хруста хотелось отвлечься, так что:

– Я не помешаю, если буду говорить?

В глазах Рэйдана клубилась тьма, что делало выражение его сосредоточенного лица каким-то потусторонним, жутким.

– Нет, не помешаешь: я хорошо владею этим заклинанием, поэтому могу во время наблюдения делать что-то ещё.

– А-а, – покивала я и невольно улыбнулась: красование Рэйдана не закончилось.

Но, надо признать, у него есть основания считать себя крутым!

– Это действительно было впечатляюще. Хотела бы я быть такой же сильной магически, вжух-вжух! – я изобразила пару ударов меча. – И враги повержены.

Губы Рэйдана дрогнули, в лице появилась небольшая мягкость:

– Дело не только в силе. Тот же Вальдес эту тварь ковырял бы очень долго, хотя запас магии у нас примерно одинаковый.

Лишь миг мне потребовался на анализ и осознание:

– Быстрая победа у вас получилось благодаря меткости.

– Военные часто действуют в планарных мирах, где наши силы подавлены, поэтому в использовании магии делается акцент на эффективность, а не подавляющую мощь.

На мой взгляд продемонстрированное Рэйданом было именно подавляющей мощью, но для объективной оценки я слишком мало знала об этом мире. Прищурившись, оглядела Рэйдана и поинтересовалась:

– Если сравнивать с другими архонтами и драконами в целом, на каком уровне находятся ваши навыки? – Мягко улыбнулась в ответ на его хищный взгляд. – Просто хочу примерно представлять боевую мощь Нидума.

Запрокинув голову, Рэйдан, казалось, смотрел на звёздное небо, мягко озарившее его лицо. Хмыкая, он странно улыбнулся.

– Я сильнейший архонт своего поколения. Выигрывал все ежегодные военные состязания с десяти лет. Кубки уже ставить некуда.

Улыбка Рэйдана не казалась самодовольной, хотя повод был. Сердечко ёкнуло от осознания его навыков, а по коже снова побежали мурашки.

– Ого, – нарушила затянувшееся молчание, пытаясь избавиться от странного волнения.

На фоне с треском и руганью кураторы отделяли хитиновые пластины сороконожки от плоти. Рэйдан так и стоял с чуть запрокинутым лицом и молчал.