– И не забудь приготовить мне чай, – донеслось в спину.

При моём появлении девушки попятились от палатки. До этого они подошли поближе в надежде что-нибудь услышать или столкнуться с выходящим Рэйданом.

– Не разрешил, – я развела руками.

– Ожидаемо, – выдала Элиан и, развернувшись на каблуках, пошла сквозь толпу.

Примерно треть девушек за ней потянулась сразу. Остальные делились на сомневающихся и просто разочарованных тем, что ни появления Рэйдана, ни посиделок с винишком не будет. Ксанта вопросительно посмотрела на меня, а я закатила глаза и указала на вход в палатку – мол, у меня тут архонт со своими распоряжениями.

Ксанта усмехнулась, кивнула и направилась к палаткам военной кафедры.

А я вернулась к Рэйдану заваривать чай. При этом он продолжал меня рассматривать.

– Со мной что-то не так? – не выдержала я. – Почему вы постоянно на меня смотрите?

Я не оглядывалась на него, занятая заливанием кипятка. Но ответа не последовало, даже когда я присела выскрести остатки туррона в пиалу.

– Я на тебя не смотрю, с чего ты это взяла? – неожиданно выдал Рэйдан.

Мрачновато так. Покосилась на него: он демонстративно смотрел в книгу.

И почему-то эта нарочитость вызвала улыбку, мигом убрала раздражение от непонятной ситуации со студентками: неужели великий архонт Рэйдан боится признать, что засмотрелся на не подходящую ему девушку? Ай-я-яй, архонт Рэйдан, стыдно врать своей лаборантке!

***

В моей палатке горел свет. И снова тапочки стояли пятками к двери, чтобы удобнее было их надевать. Кровать была застелена свежим бельём, уголок одеяла ровно отогнут, а на тумбочке помимо графина воды, стакана и будильника снова лежали две конфетки, образуя с остальными предметами идеальный квадрат.

Я шагнула назад и обратилась к караульному возле палатки:

– Кто-нибудь входил?

– Нет, – отчеканил парень с военной кафедры.

Тяжко вздохнув, я оглядела подсвеченный фонарями лагерь, немного посмотрела на палатку Рэйдана, а затем вошла в свою.

Миграция вещей уже не пугала, а раздражала: как? Кто? Зачем?

Можно поверить в самоподготавливающиеся к надеванию тапочки, но перезаправляющаяся самостоятельно постель? Прибегающие неизвестно откуда конфеты?

Усевшись на кровать, устало спросила:

– Кто ты и зачем это делаешь?

За стенами палатки лагерь укладывался спать.

Внутри было так тихо, что я слышала своё дыхание и стук сердца. Потёрла лицо руками и снова огляделась:

– Ты понимаешь, что пугаешь меня своими действиями?

Ответа не было.

«А может, у меня раздвоение личности, и я сама себе все эти удобства готовлю?» – я упала на бок. Поёрзала, расправляя одеяло, и залезла под него.

Снова поёрзала, удобнее устраиваясь на подушке.

– Свет выключи, – сказала в шутку.

Он не погас, и я выдохнула с облегчением.