Я понимал, что убийца среди нас и он охотится именно за этим кладом, и когда мы его найдем, он проявит себя. Так оно и получилось, мы совершенно случайно с Клавой находим машину, но сокровищ там нет. Да, ребят, вы, если честно, все вели себя подозрительно, тем самым усложняя мне работу. Вы ведь все тоже были неспроста в том вагоне, Филипп, ты сам расскажешь или мне?

– Сам, – очень достойно сказал француз. – Я не винодел, – сказал, будто покаялся, Филипп.

– Ну, это мы уже давно поняли, – засмеялся Карл. – Первой догадалась Марина и поэтому подозревала в убийстве именно тебя. Особенно когда ей отец позвонил и сказал, что винодела с таким именем не существует, она свела всё общение с тобой на нет.

– Это правда? – удивился Филипп. – Ты думала, что я убийца?

– А что мне оставалось думать? – возмутилась Марина. – Классические детективы с детства меня учили: кто врет, тот и убийца."

"– А вот я не понял, что Филипп не винодел, но как, ведь он ехал на конференцию? – спросил расстроенно Боря, возможно, он первый раз за вечер по-настоящему расстроился, ему было плевать на Динку, на пожар и всю остальную чепуху, а новость о Филиппе его выбила из состояния равновесия. – Едрёный комбайнер, – в сердцах вымолвил он.

– Я коллекционер, – Филипп говорил больше для Марины, – таким не хвастаются перед всеми. Мы переписывались с Федором Зубовым, он рассказывал про свои поиски и консультировался со мной об историческом значении и стоимости такой находки. В отличие от меня он писал со своей почты, украшенной аватаркой с реальной фотографией, поэтому узнал я его без труда. В нашей среде такое поведение глупо, но он был новичок. Когда он мне написал о последнем своем открытии и о том, что, скорее всего, все выяснится в эту его поездку, я, найдя первое попавшееся приглашение, полетел. Я знал, когда он приезжает в Москву и когда уезжает обратно, я даже знал, что он будет путешествовать на поезде и с какого вокзала. Когда разговор заходил о его расследовании, Федор Зубов переставал быть осторожным. Я подождал его на вокзале и купил билет в тот же вагон, – от этих откровений в комнате повисла тишина.

– Не смотрите так на меня, я просто хотел быть первым из коллекционеров, кто окажется рядом, когда он найдет свои пластины, – оправдывался Филипп. – Я всего лишь хотел купить их для своей коллекции.

– Вообще-то у нас в стране это запрещено и карается законом, – сказал Саня.

– За намерение точно не сажают, – примирительно сказал Карл. – В общем, благодаря своему папе Марина вас вычислила.

– А кто у нас папа? – спросил Боря.

– Папа у Марины – известный винодел Краснодарского края, кстати, Боря, может быть, Марина вам может помочь? – весело спросил Карл.

– В чем? – опустив глаза в пол, спросил Боря.