Он как с ума сошел! Едва мы выбрались из ванны, как принялся наводить мне марафет! Усадил на стул, расчесал волосы, и теперь делает мне прическу.

— Для чего готова? — простонала я. — Эйден, объясни!

— Моя императрица должна войти во дворец так, как ей полагается, — протянул он, полностью сосредоточившись на моих волосах. Никогда не думала, что такой суровый мужчина, профессиональный боевой маг, умеет обращаться с женскими волосами! — Я не устроил тебе пышную свадьбу, которую ты заслуживаешь, но больше подобной ошибки не будет, — пообещал мне он.

— Такие обещания пугают, — нервно призналась я. — Может, хватит этих искуплений и попыток все исправить, Эйден? Просто отпусти все это.

— Нет, — решительно отрезал тот. — Я действую так, как должен, Жизель. По-другому нельзя, и дело не в моем чувстве вины. Ты — моя императрица, и должна соответствовать своему статусу.

Он закончил с прической, соорудив на моей голове интересное плетение из соединенных кос. Платье тоже не пришлось долго ждать, ибо Эйден создал его из чистой магии. Он слоями укладывал на мне преобразованные магические плетения, которые превращались в куски ткани. Сначала верх платья, подчеркнувший брачное тату и мою талию, затем пышная юбка.

— Эйден, я, конечно, очень благодарна тебе за этот подарок, но что будет, если ты вдруг потеряешь концентрацию, и вся материя растает? — спросила я и, представив себе эту картину, внутренне содрогнулась. Одежда испарилась с императрицы на глазах у всего двора? Об этом будут помнить даже через триста лет!

— Я не потеряю концентрацию! — отрезал он и посмотрел мне в глаза.

— Имей в виду: если мой наряд растает, я не переживу этого позора, инсценирую свою смерть и сбегу на Южные острова! — сразу оповестила его обо всех рисках.

— Я тебя понял, — рассмеялся Эйден, завершая создание наряда для меня. Надо заметить, что со своим одеянием он не стал возиться и создал привычный темный китель с золотыми линиями. — Вы готовы, Ваше Величество? — спросил он безо всякой насмешки. Сжав мою руку, прижал ее к своим губам. Одновременно с улицы послышался топот копыт. Я сразу поняла, что приехали за нами. Выглянув в окно, увидела большую карету, украшенную искусной золотой ковкой. Ее сопровождает кортеж из шести вооруженных всадников.

— Готова, — едва слышно шепнула я и уверенно сжала его руку в ответ.

— Тогда идем, — по голосу слышно, что Эйден тоже волнуется. Он сжал мои пальцы, и мы вдвоем вышли к парадному экипажу. Эйден открыл для меня дверь кареты и помог взобраться внутрь. Весь путь до дворца мы молчали, крепко держась за руки. Мы оба волновались, но слов не нашлось, да они и не нужны. Нужно пережить этот момент и вспоминать его до конца жизни.