Как бы она использовала его? — не понял брат.

— Он много лет был под ее влиянием. Вдруг в нем осталась кроха ее магии? Она могла пробудить свою магию в нем, и использовать, — предположил Валар.

— Но Айраса она тоже использовала, — забеспокоилась, сжав руку стоящего рядом ведьмака.

— Все в порядке, — покачал головой Айрас. — Я был под ее влиянием всего один раз. И лекарь почти сразу извлек всю ее магию. Шаис же был с ней всю свою жизнь. Кто знает, сколько раз она пользовалась своей магией, чтобы завладеть его разумом и телом? За ним стоит последить.

— Либо это может быть кто-то из стражей, кем она так же могла завладеть с помощью магии, — предположил Лириэль.

— Вряд ли. Ее доставили в темницу с антимагическими наручниками. Я почему-то уверена, что это Зайлар, — стояла на своем. — И все равно надо быть осторожными. Она может в любой момент что-то предпринять. Быть осторожной как мне, так и тебе Лириэль. Кто знает, что у нее в голове. Сейчас она будет зла, после темницы. Захочет отомстить.

— Не бери больше облик Маисы. Именно в ее облике ты и вытащила Айраса, — предупредил Эриан. Я же задумалась:"

"— А может как раз таки воспользоваться этой личиной, чтобы ее поймать? Стать приманкой, — предложила, увидев следом угрюмые лица.

 — Ну, что? Думаю сейчас, меня она больше ненавидит, чем тебя Лириэль. К тому же ты на всеуслышанье отменил помолвку, а значит ты теперь свободен. Я уверена, ее отец и отец Зайлара в сговоре. Если у нее есть такая сильная подчиняющая разум и тело магия, то она может желать подчинить себе принца. Зайлар всегда требовал, чтобы вы стали побратимами. А значит они думают завладеть тобой, и править, через тебя — их марионетку.

— Ты же понимаешь Лириэль, что она права? — Вдруг поддержал меня Валар. — Ты и сам так всегда считал.

— Отец… отец поэтому и поссорился с императором, — вдруг заговорил брат. — Когда родился принц, и умерла мать Зайлара, на принце появились две метки долга жизни. Одну из них забрал твой отец Лириэль. Ты знаешь. Но никто не знает, что тогда потребовал Оргарис на самом деле от императора.

— Ты же сказал, там ничего серьёзного не было, — упрекнула брата, ведь совсем недавно я спрашивала о ссоре Альберта и императора.

— Не моя тайна.

Но думаю сейчас важно ее рассказать, — повел плечами брат и продолжил: — Оргарис потребовал стать побратимом императора. Хотел править вместе с ним, но наш отец выступил против. Он считал позорным вообще такое просить у императора. К тому же, даже не спросив саму императрицу.

— Но мама могла отказать ему, — вспомнил важную деталь Лириэль, за которую он и сам ухватился, когда побратался с Зайларом.

Одно мое слово, и их связь нарушена… была бы. Ведь теперь я не невеста Лириэля. Но это ненадолго.