Кроме того, его сопротивляемость атеистическому (впрочем, как и любому иному) давлению извне представляется более энергичной и в то же время гибкой, чем у православия, что обусловлено его внутренним единством, неразделенностью духовного и светского начал. Отсюда большая глубина его проникновения в общество — как в собственно религиозную, так и в мирскую сферы. Бесспорно — ислам при советской власти был унижен и деформирован… но ему удалось почти в первозданном виде сохраниться на бытовом уровне и удержаться в своей этнокультурной среде! Иными словами, в канун перестройки он имел органичную социокультурную основу для возрождения.

В православии же эта основа была почти полностью уничтожена, и потому его возрождение приходится начинать чуть ли не с нуля…

— Скажите прямо — начинается мусульманская экспансия? — Сергею надоело ходить вокруг да около. — Именно это вас беспокоит?

— Не экспансия, друг мой, — Джон вновь поднял палец, призывая к вниманию. — Война. И не начинается. Она и не прекращалась. Просто глупые коммунисты на семь десятилетий заморозили этот процесс.

А сейчас он обострился до предела… Как там у нас обстоят дела в мире?

— А что в мире? В мире все нормально. Колумбийцы выращивают коку и мак. Американцы ловят Бен Ладена. Индусы подумывают о ядерной бомбардировке Пакистана. Англичане борются с коровьим бешенством. Володя в Сочи лыжи навострил…

— Здоровый юмор — это хорошо, — Джон горько усмехнулся. — В России все любят шутить… Однако вернемся к конфессиям. Америка — самая сильная империя мира. Верующие главным образом протестанты — 56 % и католики — 25 %. Оставшиеся девятнадцать процентов — атеисты, немножко мусульман, буддистов, баптистов и представите лей неосновных религий.

Канада — рядышком там, — опять же, в подавляющем большинстве протестанты и католики. Великобритания — протестанты. Италия, Франция — католики. Немцы — лютеране и католики…

— Это ликбез, — Сергею наскучила длинная преамбула. — Все понятно — там римская церковь, с некоторыми конфессиональными разночтениями, у нас — греческая, автокефальная, можно сказать, единственный оплот православия в мире. То есть Европа и её незаконнорожденное дитя — Штаты для нас чужие, и поэтому между нами никогда не будет подлинно дружеских отношений… Скажите — суть-то в чем?!

— Приятно, приятно, — похвалил Джон.

 — Какая редкость — в таком молодом человеке… Гхм… Я тебе для чего рассказал про Крестовые походы, друг мой?

— Думаю, чтобы провести параллель, — Сергей наморщил лоб. — Только я пока что-то не вижу…

— Переходим к сути, — успокоил собеседника Джон. — Мусульмане — особый суперэтнос, стремительно набирающий силу.