Всадники были у меня как на ладони.

Их было десять. Вернее, уже девять. После моего первого выстрела один из душманов свалился с коня, зацепился ногой за стремя, и жеребец еще метров десять тащил его за собой, пока ступня погибшего наконец не высвободилась.

Остальные душманы тут же напряглись. Видно было, что эти ребята — не очень-то умелые солдаты. Возможно, отличные головорезы, но уж точно не солдаты.

Все потому, что первый же выстрел сбил их с толку; проскакав еще метров тридцать, они замедлились и принялись хвататься за оружие. Стали вертеть головами по сторонам, чтобы понять, откуда ведется огонь. А холмов вокруг было не так уж и мало. Как минимум еще два.

Тогда я снова прицелился. Расстояние между нами составляло метров двести. Эти сукины очень скоро они поймут, откуда я бью.

Моя главная цель была такова — попытаться рассеять врага. Нанести им такие потери, чтобы вынудить отступить. Я понимал, что вряд ли уничтожу всех. Но обратить их в бегство было более чем реально. При определенном везении, конечно.

Я быстро выцелил нового душмана — бойца в пестром халате и тюрбане. Если повезет — это будет лидер. Убью его — сукины дети разбегутся.

Я прицелился. Взял небольшое упреждение. Выстрелил.

Хлесткий звук выстрела разнесся по округе звонким эхом.

Душман в пестром халате, сжимавший в руке старую мосинку и оглядывавшийся, вдруг вздрогнул, перевалился через круп лошади прямо на ходу и рухнул на землю.

Остальные духи тут же кинулись вперед, к тому холму, что рос у них на пути. Значит, я подстрелил не лидера, а какого-то рядового душмана.

Я принялся перезаряжать винтовку.

План у меня был нехитрый."

"Там, где я встретился с отцом и братом Мариам, была овечья отара. Ее мы оставили на вершине холма. Расчет был на то, что Малик Захир сообщит своему дружку Шахиду, что Мариам ушла со мной, и я, скорее всего, поведу ее к Абдуле. И старейшина несомненно знал, куда именно старый пастух выгоняет своих овец на выпас. По моей задумке отара должна была послужить приманкой. Послужить маяком, на который купятся душманы. И они купились.

Я же занял позицию на вершине другого холма. Позиция была не слишком удачной — немного дальше, чем нужно было бы. Но второй холм, который я рассматривал как стрелковую точку, по моему мнению, оказался еще хуже. Был он шире, но ниже и расположился слишком близко к отаре.

Выбор был хоть и компромиссным, но лично для меня очевидным.

А вот Абдула со своей семьей укрылись в другом месте. Они ушли дальше, на север, к Пянджу. И к моменту, когда душманы оказались в моем поле зрения, должны были преодолеть не меньше полукилометра и укрыться в каком-нибудь подходящем месте.

По моему плану, пока душманы гонят своих лошадей к отаре, я должен был обстрелять их с фланга. Они не сразу поймут, откуда ведется огонь.