Я потерла лицо ладонью и все же пошла блуждать дальше. Неожиданно, в небольшой гостиной увидела Дарио, он сидел в кресле и смотрел на огонь в камине. В руке держал стакан с поблескивающим в нем напитком ржавого цвета.

«Не беспокойся Джакомо тебе ничего не сделает» — вспомнила слова Яна. Некоторое время потопталась около двери, а потом все же пошла к Росси. Села на соседнее кресло и спросила:

— Что было в папке, которую тебе дал Ксиан?

Дарио на мой вопрос никак не отреагировал. Я заметила на столике несколько пустых бутылок из-под рома и догадалась, что он давно сидел тут и уже немало выпил алкоголя, но пьяным совершенно не выглядел.

Даже взгляд оставался все таким же острым. Пусть и пустым."

"— Что ты сделал с Фелисой? — спросила, наклонившись вперед. Некоторое время, Росси все так же молча смотрел на огонь, но уже вскоре поднес к губам стакан и, сделав один небольшой глоток, сказал:

— Превратил в шлюху.

Я сжала ладони в кулаки и до боли прикусила губу. Тут же ощутила металлический вкус на языке. Из ранки опять начала идти кровь.

— Зачем? Что она тебе сделала? Или это из-за злости на меня?

— Нет, на Фелису мне было плевать.

Она сама попросила познакомить ее с человеком, который сможет сводить ее с богатыми мужчинами за небольшой процент.

— Не ври. Она никогда бы сама не пошла на это. Фелиса не такая.

— Ты действительно считаешь, что я сейчас буду врать? — Дарио повернулся ко мне. Брови сдвинутые на переносице и на лице мрак. — Да, я свел ее с местной организацией, которая занималась продажей молодых девушек. Студенток. И она пошла туда по своей воле, а когда передумала, уже не смогла так просто бросить.

Если девушка приносит деньги, ее не отпустят, а, насколько я слышал, Фелиса хорошо продавалась. И она приходила ко мне за помощью. Неоднократно. В последний раз, как раз перед летом, показывала на руках и животе раны. Фелиса говорила, что отчаялась и поэтому стала себя резать. Вот только, мне на это было плевать. Помогать я ей не стал и до сих пор не сожалею об этом.

— Какая же ты тварь, — прошипела. Была готова наброситься на Дарио и разорвать его на куски. Так невыносимо больно от его слов. Представляла свою сестру потерянную и отчаявшуюся, ищущую помощи, но получающую отказ, как в груди тут же все начинало все гореть, сжиматься и удушающе колоть.

— А ты ожидала, что я скажу, что переживал за нее? — Дарио иронично приподнял бровь.

Он был прав. Росси не тот человек, от которого следовало ожидать сострадания. Ему это чувство просто незнакомо. И злиться на Дарио за то, что он не сочувствовал Фелисе, все равно, что пропитываться гневом на дверь из-за того, что она не разговаривала. Но мою боль это все равно не унимало.