А теперь в глазах единственной девушки, которая значила для Ильи больше, чем сама жизнь, стояли слезы, плескалась неуверенность, мелькали сомнения.

И кроме самого себя винить Илье было некого.

— Я люблю тебя. Каждую секунду своей чертовой жизни люблю, — яростно прошептал Илья, — Ты сомневаешься. Я заслужил твое недоверие. Сбежал, когда был нужен.

— Илья…, — попыталась возразить Каролина, собиралась сказать, что и ее вины в прошлых ошибках не меньше, однако спорить с Горняковым невозможно. Особенно, когда он настолько близко, а горящий эмоциями взгляд лишает воли и здравых мыслей.

— Ты любишь меня, малышка, — уже мягче, но с не меньшим пылом произнес Илья, — Любишь ведь?

Мучительно долгий удар сердца Илья ждал ее ответа. А когда Каро кивнула, накрыла ладонями его пальцы, бережно обхватившие ее лицо, широко улыбнулся.

— Это главное, маленькая, — прошептал Илья."

"Каролина верила его словам. Верила его чувствам. А потому крепче прижалась к сильному и крепкому телу любимого мужчины. И, кажется, не только Каро верила Горнякову, но и их малышка, которая толкнулась крохотной ножкой, заставив Илью напряженно застыть, а Каро — охнуть.

— Принцесса моя! — ласково прошептал Илья, тут же накрыв широкой ладонью округлый живот любимой.

— Я? — заулыбалась Каро.

— Теперь ты моя королева, малыш, — подмигнул Илья, — а принцесса наша девочка.

Каролина негромко рассмеялась, а Илья вновь «завис». Разве это не чудо, слышать смех любимой женщины, которая под сердцем носит крохотную новую жизнь.

Горняков замер, любуясь красивыми чертами нежного личика, поглаживая огрубевшими пальцами бархатистую кожу.

Он не врал Каро, говоря, что хранил ей верность все эти месяцы. А потому с каждым вздохом возбуждение становилось нестерпимым. Однако Илья не собирался набрасываться на Каролину. Ведь ни за что на свете он не хотел бы как-то навредить Каро и их малышу.

— Устала? Давай ложиться спать? — хрипло, с трудом ворочая языком, прошептал Илья.

А Каро перестала улыбаться. Отвела взгляд. Но Илья практически прижался своим лбом к ее лбу, заставив смотреть в его глаза.

— Думаешь, не хочу тебя? Думаешь, мне не сносит крышу от того, что ты рядом? Да я едва могу дышать, когда вижу тебя.

И задыхаюсь, когда не вижу. Ты все для меня. Все! — заговорил Горняков.

Каро всхлипнула, а руками крепче обвила широкие плечи своего мужчины.

— Тогда докажи, — шепнула Каро, а на щеках вспыхнул румянец смущения.

Илья, усмехнувшись, приподнял Каро над полом и шагнул к постели. Нет, он не животное, чтобы поддаться страсти. Но собирался показать, как сильно он скучал, как безумно любит эту красивую и яркую девушку.