— Так возьмите подарок, — настаивал Грем. — Или кишка тонка?

— Я убил чудовище, чего мне бояться его дохлой лапы? — фыркнул Линус и победоносно осмотрел замершую толпу. — Вот только не хочется портить парадный камзол.

Сказав это, он оправил кружевные манжеты и кивнул мальчику-пажу, чтобы тот забрал подношение.

— Дело только в одежде? — засомневался Грем. — Тот, кто способен убить монстра, не боится испачкаться. Но раз ты трусишь, может быть, господин Даер примет лапу?

Глава 56"

"Взволнованный шепоток прокатился по залу. Люди сомневались в нем, Линус чувствовал это. Нерешительными, осторожными шагами он приблизился к лапе. И, сложив руки на груди, принялся осматривать ее, тщетно пытаясь придать своему побледневшему сильнее обычного лицу безмятежное выражение.

Грэм усмехнулся.

— Многие знали о волшебных свойствах рога, но досконально монстра изучил только наш господин. Даер смог его усыпить, а после и прикончить.

— Это не он, это я, — упрямо повторил Линус, еще не чувствуя подвоха.

Гордыня и самонадеянность сослужили ему плохую службу. Кивнув, Грэм бросил отрубленную лапу в лжеца.

— Не только рог чудовища является сильным артефактом, — презрительно бросил гоблин,

— но и другие части тела. В том числе лапа. Она не так сильна, но все же... Тому, кто победил монстра, отрубленная конечность не причинит вреда. Но предателю и лжецу.

Линус отбросил от себя жутковатый «подарок». Но поздно. В том месте, где его тела коснулась лапа монстра, началось окаменение. С ужасом в глазах Линус наблюдал, как превращается в серый валун. Дикий крик вырвался из его глотки.

Зал ахнул, но никто не решился подойти и помочь Линусу. Напротив, люди отходили подальше, опасаясь, что чудовищная болезнь поразит и их.

Только Даер рванулся и разорвал сдерживавшие его ремни, словно травинки.

— Пустите! — приказал он стражникам. — Если не хотите, чтобы этот глупец погиб.

Воины расступились. С замиранием все наблюдали за тем, как демон, расправив крылья, заваливаясь на бок из-за ранения, подлетел к Линусу. Бесстрашно коснулся лапы убитого им монстра и, раскрошив ее в труху, освободил Линуса от проклятия. Зеленоватое пламя охватило его тело, особенно ярко горя в тех местах, где оно полностью окаменело. Но даже когда онемевшие губы зашевелились, Линус не произнес ни слов раскаяния, ни благодарности.

— Я помню это пламя! — выкрикнул Вирилад. — Именно такое, зеленое с разноцветными искрами, держало монстра, когда я подошел к нему с оружием. Это ты, Даер, я всегда верил в тебя. Ты настоящий герой!

Мальчик бросился к демону, но тот предупреждающе выставил руку:

— Осторожнее, сынок, ближайшие несколько свечей ко мне лучше не прикасаться, — он повернулся к гоблинам и с теплотой в голосе добавил: — Спасибо вам за роскошный дар.