Тихо радуясь придуманному предлогу: надо маме позвонить, дающему ей возможность побыть немного одной, прошла в кухню.

С мамой она все-таки поговорила, просто так, ни о чем, и, положив трубку, откинулась на табуретке, упершись спиной в стену и вытянув ноги. Посмотрела на большие, принадлежащие хозяину, шерстяные, грубой вязки носки, которые ей надели на ноги, и усмехнулась.

– Вам так сильно хочется сбежать?

Он стоял в проеме двери, засунув руки в карманы брюк и привалившись плечом к косяку.

– Сильно! – призналась Вика, выпрямившись на табурете и подтянув ноги.

Он подошел, присел перед ней на корточки, взял в руки ее ладони и, прямо посмотрев в глаза, сказал:

– Я вас отвезу.

– У вас машина? – спросила, просто чтобы что-то спросить, Вика.

– Нет, машина у таксиста, которого мы поймаем.

– А Ольга как же?

– Ольгу Ленка не отпустит. Ее накормят, напоят и уложат спать, предварительно сообщив родителям, что чадо в целости и сохранности.

Вика наклонилась, придвинув свое лицо совсем близко к нему, заглянула в карие глаза. Что она прочла в них тогда? Чем заворожилась? Что поняла такого?..

– Тогда поехали, – согласилась она.

А потом были эти сутки!

И не было в них обжигающей, безумной страсти, а было что-то выше, наполненное невероятной нежностью, снизошедшим откуда-то глубоким доверием, в котором не было места никакому обману.

Хотя страсть тоже присутствовала! Это точно! Такая, что – ух!!!

В одиннадцать вечера, в субботу, у него был самолет.

Он улетал в Африку работать. На полгода.

Все! Конец истории!

Прошло почти пять лет.

От воспоминаний ей лучше не стало, но дрожь в руках прошла.

– И на том спасибо! – поблагодарила Вика.

Она развернулась на сиденье и посмотрела на спящего Степку. Сидела, смотрела и понимала, что это надо сделать! Что это правильное, может, единственно верное решение. И никакие ее чувства-эмоции, боль застарелой обиды и непонимания сейчас не имеют значения. Ни-ка-ко-го! Вот спит ее солнышко, ненаглядный сыночек, самый прекрасный ребенок на свете, и только его безопасность и здоровье имеют значение! Только они!

– Ладно, сынок, прорвемся! – твердо пообещала она.

Вика постояла несколько секунд перед освещенным аквариумом подъезда, мысленно попрося у Бога, чтобы Егор Дмитриевич Князев проживал по этому адресу и в данный момент находился у себя дома.

А уж женат он или не женат, спит сейчас с одной или тремя дамами одновременно, обзавелся ли еще тремя детьми, ей до лампочки.

Ей нужна помощь, и она ее получит!

Приподняв Степку, она прижала его к себе посильнее и решительно направилась к подъезду.

Лучшая защита от любых охранников – нападение!

Собственно, сейчас она могла только нападать, пожалуй, мальчонке, изображающему рыбку, лучше поостеречься.

Вика нажала кнопку звонка.