На семейном совете решили отправить Степана в садик. Вика взяла на работе отпуск за свой счет и, мысленно закатав рукава, в понедельник начала «кампанию».

Но уже в среду как гром среди ясного неба прозвучал приговор участкового врача:

– Судя по анализам, у вашего ребенка больные почки. Это очень серьезно.

– Как? – оторопела Вика. – Он здоров, ни на что не жалуется! Полгода назад мы сдавали анализы, и все было в порядке!

– Понимаете, Виктория Борисовна, болезни почек очень коварны. К сожалению, не всегда сразу можно поставить диагноз. Я на вашем участке недавно, но и моя предшественница написала в карточке, что есть подозрения на почечную недостаточность. Она вам не говорила?

– Нет. Где это написано? – спросила Вика.

– Вот.

Докторша передала ей Степкину карточку и ткнула пальцем в листок с записью о приеме. Разобрать хоть что-то было нереально. Почему, черт возьми, все врачи пишут таким почерком, что даже иероглифы кажутся более понятными? Может, их специально этому в институтах учат? Или это вообще не русский язык, а какой-то понятный только им, врачам?

– Тут совершенно ничего не разобрать! – возмутилась Вика и вернула карточку врачу.

– Да, медицинские термины. Вы не пугайтесь так, я выпишу вам направление в платную лабораторию. У вас есть средства, чтобы сделать дорогие анализы?

– Что? – Вика так растерялась, что никак не могла собраться с мыслями. – А, да, да. Конечно, есть.

– Вот и хорошо, – улыбнулась доктор, заполняя какие-то бумажки. – Вот сделаете анализы, мы и посмотрим, что к чему, может, не все так страшно. Ребенок мог съесть что-нибудь не то или болел недавно.

– Он не болеет, – машинально ответила Вика.

– Вы могли и не заметить, как он простуду на ногах перенес.

– Как это можно не заметить? – раздражилась Вика.

– Бывает, – туманно ответила врач. – Вот направления, завтра с утра, на голодный желудок. – Она протянула еще один листок и пояснила: – Это адрес и схема, как найти лабораторию. Получите результаты, и сразу ко мне.

Следующую неделю, пока длилась пытка ожидания результатов, Вика пребывала в каком-то непонятном ступоре. Она все присматривалась к Степику, старалась не отпускать его от себя, поминутно задавала ребенку дурацкие вопросы: не болит ли у него где-нибудь, не устал ли он, и так по сто раз на дню.

Мама вздыхала, глядя на нее, пыталась успокоить, отвлечь и, в конце концов, не выдержав, отчитала:

– Прекрати все это, Викуля! Сама изводишься, ребенка пугаешь и изводишь!

– Да я понимаю, мам, – устало согласилась Вика и села за стол на кухне, где ее застал мамин выговор.

Мама поставила перед ней кружку с кофе и села напротив.

– Мамуль, он же у нас никогда не болел! Откуда это свалилось-то? – спросила Вика возмущенно.