— Ты невыносим! И я тебе не принадлежу! Тревис самодовольно улыбнулся.

— Может, стоит доказать, что ты принадлежишь мне?

— Я не принадлежу тебе, — повторила она, отступая. — Я сама могу о себе позаботиться.

— Хм, — Тревис улыбнулся и подошел к ней. Он ласково и призывно провел пальцем по ее руке, и когда ее смотревшие столь решительно глаза дрогнули, он прищурился.

— Разве сможет этот недоросль возбудить тебя одним лишь пальцем? Она отпрянула.

— Дэвид — джентльмен. Мы говорим о музыке и книгах, в которых ты ничего не понимаешь. Его семья — одна из древнейших в Англии, и мне нравится его общество.

— Ревностью? — Тревис рассмеялся. — Если бы я к кому и ревновал, так уж, конечно, не к этому нытику. — Взгляд его опять стал серьезным. — Но, кажется, он начинает питать к тебе серьезные чувства, и я думаю, что тебе надо реже видеться с ним.

— Реже! — вскипела Риган. — Ты намерен вмешиваться в мою жизнь буквально во всем! — Она продолжала более сдержанно. — Я — свободная женщина, и когда мы приплывем в Америку, я собираюсь воспользоваться своей свободой.

Такой человек, как Дэвид, захочет женится, а не станет превращать женщину в ., свою рабыню. Тревис спокойно положил руки ей на плечи.

— Ты действительно хочешь променять меня на юнца и золотое кольцо?

Он наклонился и хотел поцеловать ее, но Риган уклонилась.

— Возможно, мне бы и хотелось попробовать, — шепотом ответила она. — Вряд ли мужчины так отличаются друг от друга. Если Дэвид полюбит меня, мы, может быть, подойдем друг другу на брачном ложе.

Тревис больно схватил ее за плечи.

— Если этот мальчишка когда-нибудь тронет тебя хоть пальцем, я переломаю ему все кости — прямо у тебя на глазах. — Он резко оттолкнул ее и в ярости выбежал из каюты.

Той ночью Риган осталась одна. Ей не хотелось признаваться себе, как она скучает без Тревиса, как ей одиноко без его объятий. Всю ночь она ворочалась в постели, сдерживая рыдания, стараясь не поддаваться страху.

Наутро она проснулась с кругами под глазами, и Сара вновь ни о чем ее не спросила. Они молча сидели в каюте и шили. К вечеру в дверь постучал Дэвид и осведомился, не хочет ли Риган прогуляться с ним.

Когда они поднялись на палубу, Риган, казалось, видела только Тревиса, но он ни разу не повернул голову в ее сторону."

"Его равнодушие возмутило ее, и она обратила все свое внимание на Дэвида, который жаловался на долгое путешествие и плохую еду. Заметив, что скучающее выражение в ее глазах сменилось восхищением, он смолк и посмотрел на нее.

— Сегодня вы особенно восхитительны, — прошептал он. — От солнца ваши волосы стали золотисто-красными.