— А вы разве не пойдёте со всеми, миледи? Вы же их позвали, — Кло наивно захлопала ресничками.

— Они справятся и без меня. Я присоединюсь позже. Сначала дело. Поторопимся.

Баронесса запахнула крепче плащ на груди, и обе женщины отправились к домику целительницы.

Шли тропинкой через сад молча. О чём можно говорить с тем, кого б глаза не видели?

Возле моста через быстрый ручеёк произошла заминка. Баронесса остановилась, опираясь рукой на перила."

"— Немного голова кружится, — призналась она. И Лиссандре ничего не оставалось, как подхватить Клотильду под локоть и помочь зайти в домик.

Благо Вила на месте не было, как и оборотня. Видать, где-то вдвоём носятся.

Целительница усадила гостью на лавку, а сама расстегнула фибулу и скинула меховой плащ, чувствуя, как тепло дома приятно касается кожи после холода.

Лисса неспешно обошла вокруг стола. На полке взяла банку с высушенными измельчённым листьями и побегами ройбоса. Пока заваривался травяной чай, Лиссандра переключила внимание на Клотильду, оценивая состояние женщины.

Аура Клотильды выглядела рваной и истончённой, как у тяжелобольного.

Женщина сидела за столом, втянув голову в плечи, и испуганно таращилась на герцогиню. Лиссандра сцепила руки в замок на столе, не делая резких движений. Было ощущение, что баронесса сейчас вскочит и убежит.

— Вас что-то тревожит? — спокойно спросила Лисса, как спрашивала бы у любого посетителя.

— Не-нет, — заикаясь, отвечала баронесса. — Вы… вы ничего не сделаете мне и моему ребёнку? Вы не заберёте его у меня? Зачем он вам?

Лиссандра опешила от подобного вопроса. Присмотрелась к баронессе. Та выглядела потерянной и расстроенной. Чего она добивается? Совсем недавно в кабинете герцога баронесса безмятежно щебетала и не казалась озабоченной судьбой ребёнка.

— Что значит зачем? Если это ребёнок герцога Гренстона, то он по закону принадлежит отцу.

Лиссандра не понимала, какую игру затеяла Клотильда. Сейчас она выглядела, как жертва, которую к чему-то принуждают.

— Леди Бейли, мне нужно осмотреть ребёнка. Позволите?

Кло неуверенно кивнула и побледнела ещё больше, стоило Лиссандре подняться и, обойдя стол, стать за спиной баронессы.

Физически Лиссандра не прикасалась к женщине, но на тонком уровне её руки, от которых шло приятное тепло, словно погрузились в желейную массу, ощупывая женщину.

Изменённым зрением целительницы Лиссандра следила за магическими потоками, циркулирующими между матерью и ребёнком.

Первое, что Лисса поняла, — это то, что ребёнок развит на больший, чем заявлено баронессой срок, а именно на шесть полных месяцев. А вот детское место на четыре. Так, словно малыш вырос из распашонки. И он был магически одарённым. Светился ровным зеленоватым светом.