Я не могла сказать, что не привыкла к мужскому вниманию или вообще была лишена общения с противоположным полом. Ничего подобного не было и в помине.

Конечно, толп поклонников, как Вика, не имела, но с парнями встречалась. Буквально недавно разошлась с Андреем, с которым была вместе три года. Он клялся и божился, что я пожалею о содеянном, но пока мне становилось с каждым днём только лучше и легче. Видимо, надо было сразу рвать отношения, когда тот впервые поднял на меня руку. Решилась бы и не было у меня тогда таких психологических травм, которые имеются теперь.

Сделанного, назад не воротишь, а жить дальше надо. Прогнав неприятные воспоминания прочь, я принялась рассматривать мужчину, сидящего передо мной. Крепкий, накачанный, и во всем его облике сквозила какая-то невидимая мне раньше собранность. Несмотря на отличную физическую подготовку и силу, заметную невооруженным взглядом, он не внушал мне страха, напротив, рядом с ним ощущала себя в безопасности.

Хоть незнакомец моментально понял, что я новенькая, на местных завсегдатаев он не походил ни грамма. Мужчина слизал соль с края стопки и махом опрокинул содержимое внутрь.

— Повтори, — пододвинул ко мне пустую рюмку.

Стоило нашим пальцем соприкоснуться, как по телу пробежался разряд. От неожиданности я моментально отдернула руку. Незнакомец, казалось, тоже это почувствовал, потому что на меня обратили совершенно иной взгляд: оценивающий, интересующися и возбуждённый.

В квартиру вернулась ближе к восьми утра и тут же завалилась спать. Ночка выдалась напряженная, но довольно выгодная по деньгам, поэтому на предложение выйти повторно, я ответила согласием. По сути, работать барменом в довольно приличном ночном клубе столицы дело занятное, кого только ни встретишь, чего только ни насмотришься! Сама по клубам отродясь не моталась, а так хоть посмотрю со стороны, как другие отрываются. Будет о чем вспомнить на старость лет.

После ночи, проведенной в помещении с громкой музыкой, в ушах стоял непривычный звон, заглушающий звуки вокруг. Усталость, накопленная за сутки, проведенные на ногах, вылилась в удивительно крепкий сон.

Я не слышала ни во сколько пришла Вика, ни скандала, разразившегося у неё с тётей, ни экстренного сбора вещей и хлопанья дверями. Всё время, пока родственницы выясняли отношения, ругались, попрекали друг друга на чем свет стоит, я мирно спала. Даже, когда Марина выставила племянницу за её поведение на улицу, когда Вика чуть ли ни силой прорвалась в комнату и стала закидывать разбросанные по всей комнате вещи в чемодан, я так и не проснулась.

Меня разбудила заплаканная и злющая Вика, нервно теребя за плечо.

— Васька! Да проснись же ты! — чуть ли не крича, будила меня подруга.