Драконы называли все группы человеческих богов Домами, а свои собственные отряды — Стаями. Но по сути, и первое, и второе являлись пантеонами. Только в данном случае, они сражались за власть и поклонение десятков или сотен миров.

Вот по поводу вражеских возможностей конкретики было совсем мало. Понятное дело, подобные сущности должны были набрать колоссальную мощь в процессе экспансии. Но среди образов, которые я успел увидеть, не было тех, где был бы запечатлён процесс сражения или нечто иное, позволяющее оценить их боевой потенциал."

"Их приблизительное количество, объём ресурсов и все остальные детали, тоже были непонятны.

Да и никаких объяснений по поводу того, кто такие Первые и почему дракон их так назвал, не приводилось. Безднов Эшмун. Влезь он чуть позже и я бы получил куда больше информации.

Конечно, на всякий случай, стоило проверить алтарь Рюриковичей ещё раз. На тот случай, если какой-то массив данных оказался вшит в сам артефакт. Но надежды на это практически не было. Будь я на месте дракона — не стал бы так рисковать. Слепок Вьерана не так просто заставить показать что-то против его воли.

По сути, невозможно. Он скорее погибнет, чем поделится информацией с тем, кого считает врагом. А вот любой артефакт, даже запредельной мощи, смогут взломать.

Закончив демонстрацию, я несколько секунд подождал. Поняв, что оба спутника шокировано молчат, потянулся к дарфону. Раз у меня есть ещё два часа, самое время разобраться с текущими делами.

Стоило взять аппарат в руки, как тот сразу же завибрировал. Дарья. Значит начну я со златокудрой валькирии.

Приняв вызов, я поднёс трубку к уху и уверенным тоном произнёс.

— Нам с Оболенским срочно нужно в Стамбул.

Глава XII

Момент стояла тишина. Потом раздался тяжелый вдох, в котором слышались отблески гнева.

— То есть больше тебе нечего мне сказать? Что произошло в Кремле? Откуда взялась эта громадная фигура над городом? С кем ты сражался?

На секунду замолчав, втянула в себя воздух и сразу же продолжила.

— И какой тебе сейчас Стамбул? Алексей сказал, ты там едва дышал. А той лесной распутницы, в этот раз рядом нет. Лежи и отдыхай! Никаких вояжей!

Я ошеломлённо кашлянул, слыша, как ехидно хохочет Сандал.

Само собой, я ожидал вопросов. Но не такого шквального напора и фраз, которые звучали едва-ли не в приказном порядке.

— Тебе не кажется, что ты немного переходишь границу?

Вопрос заставил деву возмущённо фыркнуть.

— У меня такой же вопрос к тебе. Не считаешь, что нужно объяснить, какого беса там случилось, перед тем, как требовать от меня поездки в Стамбул?

Хмыкнув, я с иронией парировал.

— От тебя нужно только снятие запрета для Оболенского. Но если откажешься, то ничего страшного.