Извини, но в деталях рассказать не могу.

Тот моментально подобрался, с интересом смотря на меня. Понял, что сейчас услышит хотя бы какое-то объяснение. Я же, подавив усмешку, принялся озвучивать заранее подготовленные слова.

— У Рюриковичей есть свой патриарх. У моего рода тоже имеется подобный секрет. Который при грамотном использовании, открывает массу возможностей.

Брови смертного быстро поползли вверх.

— Так про духа-покровителя, это всё всерьёз? Не просто ход, чтобы забрать под себя аристократов?

Ничего не говоря, я молча пожал плечами.

— Возможно и так. Суть в том, что это работает. И если кто-то решит развязать войну против Афеевых, ему придётся учитывать новый фактор.

Алексей осторожно кашлянул. Ненадолго задумался. Наконец выложил итог своих размышлений.

— Получается, ты можешь проделать то же самое с кем угодно. У Цин хватало сильных Одарённых и великих воинов, но они не смогли дать отпор. Даже понять, что происходит, не успели.

Вдаваться в долгие рассуждения о том, что в Европе всё может оказаться не так просто ввиду очевидных причин, я не стал. Не хотелось вот так сразу обозначать пределы своих возможностей.

— Возможно не совсем то же самое и не факт, что со всеми. Но на месте иных правителей, я бы несколько раз подумал, прежде чем со мной ссориться.

Собеседник тяжело вздохнул.

— А где гарантии, что однажды ты не повернёшься против нас? Или не захочешь полной самостоятельности?

Я с интересом посмотрел на него. Оценил оттенки сознания, которые показывали, что говорит Рюрикович вполне искренне. И даже слегка засомневался, нужно ли тащить его к алтарю. Как-то быстро он изменился, стоило только получить власть и возможность распоряжаться чужими жизнями.

Сам царевич, поймав мой взгляд, с лёгкой обидой буркнул.

— Мне о стране думать надо. И так всё едва держится. Пни эту избушку, покатится по брёвнышку.

Отчасти он был прав. Только вот подвох искал совсем не там, где нужно.

— Поворачивать оружие против Рюриковичей я не намерен. Претензий на престол у меня никаких нет. Если уж так будет нужна империя, захвачу Китай. Им не впервой.

Смертный растерянно моргнул, не знаю, как воспринимать слова — то ли в качестве странной шутки, то ли серьёзно. А я продолжил.

— В любом случае, мои интересы никак не будут пересекаться с твоим родом.

Мгновение тот помедлил, но потом всё же кивнул. Сандал же показал мне дом, к которому мы направлялись. Трёхэтажная усадьба, полностью выстроенная из дерева и пропитанная изрядным объёмом силы."

"Узнал он её очень просто — помимо своего герба, боярин поместил на ворота табличку с фамилией. А вот хладнокровию самого патриция можно было позавидовать.