Род, что объявил кровную месть князю Оболенскому, а потом пошёл с ним в бой, приняв на себя первый удар, это странно. Изволишь объясниться Курт?

Патриций, что толком ещё не пришёл в себя, пошатнулся, рассматривая задавшего вопрос старика. Потом развёл руками.

— Так, свадьба же будет. Бей-эфенди предложение моей сестре сделал. Не из-за чего больше враждовать. И для мести причин нет.

Брови старшего среди прибывшей четвёрки сошлись на переносице, а мои уши уловили звук звонкой пощёчины.

— Подлец! Вторую жену? Без моего на то ведома? Даже не спросив! Да я бы её…

Оболенский, улыбающийся с таким довольством, как будто это не он только что получил по щеке, перехватил вторую руку Дениз и постарался сделать свой тон максимально примирительным.

— Ты же не ответила согласием, Дени. Помнишь? Вот если бы ты тогда сказала «да», а не воротила от кавалергарда нос, тогда я бы предупредил. Как без этого.

Дева на момент замерла с открытым ртом. Потом яростно выдохнула.

— Подлец! Сволочь! Похотливый осёл!

Через секунду Одарённая вырвала руку и окутавшись оранжевым облаком, взмыла ввысь, умчавшись к султанскому дворцу. Оболенский посмотрел ей вслед и с показательной озабоченностью поцокал языком.

— И ведь снова ничего не сказала. А потом я же во всём и окажусь виноват. Женщины… Непостижимые создания…

Курт Чаглар, который тоже задумчиво пялился на уносящееся вдаль облако, меланхолично почесал щёку.

— Так значит моя сестра будет только второй женой… Зато сразу после сестры султана."

"Вторая фраза его явно приободрила и даже вывела из ступора — патриций зашагал к своим уцелевшим бойцам, на ходу раздавая указания и пытаясь привести их вид, который приличествовал бы боевому отряду.

Воспользовавшись ситуацией, о себе напомнил глава столичного гарнизона.

— Мои люди уже здесь.И только что пришёл приказ Его Великолепия. Он желает видеть всех участников боя в своём дворце. А особенно послов Российской империи.

Ратибор с сожалением прошёлся взглядом по строю наложниц и понуро махнул рукой.

— Вольно. Продолжайте несение службы.

Немедленно сломавшийся строй ответил разноголосицей голосов, а в моём кармане звякнул дарфон. Достав устройство, обнаружил сообщение от Кристины.

«Болод объявили о возрождении монгольской империи и наступают на Пекин. Император Цин в ярости — мирные переговоры прекращены.»

Глава XVII

Пока мы добирались до громады султанского дворца, я успел ответить и получить сжатый пакет информации. Если коротко — Болод провели пресс-конференцию, на которую собрали тех немногих корреспондентов, что согласились прибыть. В основном представители азиатских медиа, которые не испугались потенциальной угрозы.