Одни только губы здесь занимали половину площади лица, из-за длиннющих ресниц не было видно глаз, а на когти, вообще, было страшно смотреть — постоянно посещала мысль, что она в них и утащит первого понравившегося мужика в своё лохматое гнездо.

Я видел, что Наталья сидела с Вяткиной, которая после пары бокалов точно полезет на стол танцевать. Незаметно глянув на часы, я прикинул, что ещё десять минут, и мы с Натальей покинем эту пьянку. Если её сын сегодня у бывшего с ночёвкой, то я хочу выжать из этой ночи максимум. Хочу всю ночь держать её в своих объятиях и ни о чем не думать.

— Вячеслав, — прочирикала «сладко» дутая уточка у моего плеча. — А вы не покажете мне свой кабинет?

Не будь я в отношениях с Натальей, я бы спустил в эту утку в кабинете не думая, но сейчас я думал. И думал только о Наталье. И меня до желание собрать пальцы в кулак и врезать передернуло в момент, когда когти этой тупой утки коснулись воротника рубашки и поскребли кожу шеи, дабы привлечь моё внимание.

Я порывисто поднял руку, сгрёб кисть малолетки в кулак и процедив: «ищи себе другого папика», скинул её руку со своего плеча.

Перевёл взгляд на столик, за которым секундой ранее сидела Наталья, но сейчас я видел, как она быстро ретировалась из зала.

— Твою мать! — рыкнул я себе под нос, прекрасно догадываясь о том, что могло случится. Бегло попрощавшись с Генкой, оставил стакан с виски на ближайшем столике и рванул вслед за Натальей, которой уже не было видно.

Поднялся в её кабинет, зная, что она оставила в нём свои вещи и элементарно захочет сменить туфли на сапоги, чтобы добраться домой.

Стоило мне войти в её кабинет, как она, почувствовав моё присутствие, выпрямила спину и надела пальто, из-под которого вытянула волосы, позволив им рассыпаться по плечам и закрыть их черными волнами."

"Продолжая, будто специально меня не замечать, она вытянула из сумочки ключи от машины, выключила настольную лампу и двинулась к выходу из кабинета. Я будто куст в кадке, на который она даже не обратила внимание, пройдя мимо.

— Наталья, — я поймал её за локоть и мягко его сжав, притянул к себе девушку, которая будто состояла из металла. Настолько она сейчас выглядела холодной и отстраненной, когда заглянула мне в глаза.

— Слушаю вас, Вячеслав Александрович, — выронила она сухо. Её лицо не выдавало никаких эмоций, кроме абсолютного равнодушия и раздражения.

— Ты же понимаешь, мне плевать на остальных? — спросил я, пытаясь разглядеть в её глазах ту нежную и ласковую Наталью, без которой было невыносимо тяжело.

— Вы не обязаны передо мной оправдываться, Вячеслав Александрович, — улыбнулась она натянуто и криво уголком губ. — Развлекайтесь. На вас уже есть одна молоденькая претендентка.