Я уже давно научилась спокойно относиться к тому, что большинство считает, что у начальства ко мне особое отношение. Наверное, не будь я замужем, мне бы давно уже приписали роман со Славиком, но пока нам приписывают только левые схемы, которые мы, скорее всего мутим за закрытыми дверями его кабинета.

Я вышла на сцену, с улыбкой приняла от Вячеслава Александровича букет цветов и с благодарностью небольшой бумажный пакет с презентом.

Ещё двадцать минут я в качестве алиби ходила по залу, а затем, прихватив букет, просто сбежала с вечеринки, не прощаясь.

Дома тишина. Степка уже ложился спать и лишь нарочито нервно поморщился в ответ на мой поцелуй в его лохматую макушку.

Серёжи дома не было. Зато была короткая информативная смс от него, состоящая из одного слова «задержусь».

Это уже можно считать дурным звоночком или есть смысл ещё немного подождать и понаблюдать?

Я не хочу быть той истеричной женой, которая на ровном месте может устроить скандал, имея в качестве основания лишь свои догадки и то, что ей причудилось. Но и бездействовать, когда что-то внутри подсказывает, что всё рушится, я тоже не могу.

И как быть в этой ситуации? Попытаться поговорить с Серёжей ненавязчиво?

Не получится. Он не идёт. Сразу поймёт к чему я клоню. Его работа, как раз, заключается в том, чтобы чувствовать и улавливать подводные камни в любой фразе. Поэтому я рискую лишь сделать Серёжи еще более замкнутым и скрытным своими подозрениями. Возможно, у него действительно проблемы на работе, а я, вместо того, чтобы поддержать его в трудные дни, буду истерить из-за выдуманной мной же другой женщины.

Глава 5. Наташа

Стоит ли говорить о том, что Серёжа никак не отреагировал на букет, который я принесла с корпоратива?

Он лишь окинул его равнодушным взглядом, а на мою шутку о том, что этот букет от тайного поклонника, бросил лишь бесцветное «красивый». А ведь мог бы хотя бы сделать вид, что ревнует. Но нет. Камни, лежащие на дороге, не получают столько равнодушия от прохожих сколько было его в адрес букета."

"А дальше Серёжа снова задерживался на работе. Не каждый день, но бывало. Приезжал поздно, но, потратив на работу весь день до самой ночи, снова садился за бумаги уже дома. Единственный, кому доставалось его внимание, был наш сын. Казалось, на Стёпку у Серёжи всегда находился свободный час, чтобы поиграть, просто поговорить или помочь с уроками. На меня же Серёжа даже долго не смотрел. Не выдерживал прямой взгляд в глаза — сразу хмурился, опускал голову и начинал раздражаться.

Раздражалась и я. Всё чаще, когда после рабочего дня он снова садился за работу, мне хотелось уколоть его, спросив, чем он таким весь день занимался, что работать ему приходится дома.