Закатываю рукава, изучаю запястья. Не обнаруживаю ничего необычного. Ни ссадин, ни синяков.

Мои джинсы абсолютно целы. Как и прочая одежда.

Значит, вариант с тем, что фон Вейганд накачал меня наркотиками, изнасиловал, а после коварно скрылся в ночи, отпадает.

Похоже, я просто схожу с ума.

Такой сон.

До чертиков реальный.

Яркие кадры мигом всплывают в памяти. Ощущения накрывают волной, затягивают во тьму, на самое дно. Дыхание учащается, тело колотит озноб.

Если бы я не лежала на полу, точно бы упала.

Почва ускользает из-под ног.

Стоп, почему так мокро?

Между бедер самый настоящий потоп. Живот мучительно ноет. Тяжесть внутри раздирает на части.

Во рту резко пересыхает.

Я поднимаюсь и немного расставляю ноги, с ужасом отмечаю, что сквозь плотную ткань джинсов явственно проступает влага.

— Отлично, — поджимаю губы.

Я обмочилась? У меня кровотечение? Может, это начало месячных? С перепугу даже не могу определить цвет жидкости. Просто что-то влажное.

Бросаюсь в душ. Стягиваю одежду. Исследую себя.

Боже. Лучше бы я описалась. Истекла кровью.

Лучше бы… что угодно. Но не это.

Включаю воду, забираюсь под обжигающе-горячие струи. Пытаюсь смыть наваждение, стереть память о чудовищных грезах.

Я возбуждена. До предела. Заведена. До сих пор. Я послушная зверушка, игрушка в чужих руках. Воск. Пластилин. Бесполезное создание.

Раньше мне снились эротические сны. Давно, в другой реальности. Туманные, смазанные, тающие, лишь стоит открыть глаза.

А теперь — разве может быть сон настолько красочным? Живым. Физически ощутимым. Дурманящим. Полностью выносить разум.

«Огнедышащий дракон».

Я и правда говорила об этом фон Вейганду. Подробно описывала минет, при котором сперма выходит через нос.

Вместо тысячи избитых фраз. Особое приветствие во тьме подвала. Тонкая нить, связующая рай с адом.

«Я начал нежно».

Что он имел в виду? Прошлое? Настоящее? Маленькая лживая с*ка не оценила доброту, не обратила никакого внимания на особое расположение. О чем это?

Боже, Подольская. Приди уже в чувство.

Это просто сон. Гребаный сон. Нет смысла искать логику. Расслабься и получай удовольствие. Пропей успокоительное.

Мне и прежде снилось безумное дерьмо. Вроде того кошмара на борту самолета, вроде ужасов про отрезанный язык. Определенный резон там присутствовал. Даже элемент пророчества имелся. Однако тут совсем другое дело.

Посмотри правде в глаза. Если бы сейчас фон Вейганд нашел тебя, если бы выследил и добрался до твоей квартиры. Стал бы вот так тр*хать?

— Нет, — усмехаюсь. — Никогда.

Он бы убил.

Сразу.

***

— Надеюсь, ты не против, что я взяла для тебя Пашкин номер? — спрашивает Настя во время перерыва.

— Хм, чего? — не въезжаю в суть. — Чей номер?

— Пашкин, — повторяет с лучистой улыбкой.