— Добрый день, вы меня вызывали, — говорит моя подруга Анна, возникшая на пороге.

Волосы уложены в аккуратную прическу, на лице минимум косметики и очки (скорее всего, для имиджа, ведь у нее никогда не было проблем со зрением), фигура упакована в строгий деловой костюм.

Начало разговора постепенно нагоняет на меня тоску, обмен любезностями, выяснение общих рабочих вопросов. Попутно узнаю, что Анна работает в отделении той самой немецкой компании, что подарила мне романтичного шефа-монтажника, причем филиал находится в России. Значит, туда она убралась без объяснения причин и слезливых прощаний.

Мужчина-руководитель явно большая шишка, заметно по тону его голоса, по содержанию фраз и постановке вопросов. Анна явно переживает, недоумевает, почему рядовую сотрудницу вызвали в кабинет такого важного человека. Признаюсь, мы недоумеваем вместе, пока он не говорит:

— Что вы знаете о мистере фон Вейганде?

Сжимаю пульт от проигрывателя так крепко, что пальцам становится больно, но я не обращаю внимания.

— Мистер фон Вейганд работал с нами, на заводе, он выполнял обязанности…

— Анна, я поставлю вопрос иначе, — мягко прерывает ее мужчина. — Что рассказал вам мистер Ригерт?

— Не вполне понимаю, — осторожно произносит моя подруга, но ее чувства выдает стремительно бледнеющие лицо, хоть в остальном она безупречна.

— Вы же умная девушка, ценный сотрудник нашей компании, о котором я получил только положительные отзывы. Я надеялся на гораздо большее понимание с вашей стороны. Не тревожьтесь понапрасну. Мне и без того все известно. Мистер Ригерт помог вам устроиться сюда, так? Лично просил, оказывал содействие… наверное, вы не хотите подставлять его под удар?

Пауза. Анна отчаянно пытается собраться с мыслями, наконец, выдает не слишком связное:

— Я не знаю, могу ли… да, он помог… но… понимаете…

Ее голос дрожит, видно, что ей чертовски неудобно сидеть под прицелом у начальства, она мечтает выбраться из однозначно невыгодного положения, однако понятия не имеет как это сделать.

— Хотите воды? Кофе или чай? — предлагает мужчина и добавляет: — Не бойтесь, Анна, вам не угрожает ничего серьезного."

"Догадываюсь, о чем она думает — «совсем ничего» или «ничего серьезного». Тем временем, он связывается с секретаршей и отдает распоряжения, снова завязывает непринужденный разговор ни о чем, продолжает только после того, как моя подруга успокаивается и дегустирует чашечку кофе.

— Что конкретно вам рассказывал мистер Ригерт?

— Что они проверяют заводы, — капитулирует Анна. — Тайно получают важную информацию о реальном положении дел на предприятии, а это… не совсем законно. Об этом даже не все сотрудники компании знают, а те, кто знают, подписывают специальные бумаги о неразглашении. Все, больше ничего не знаю.