Главный отдышался, шумно высморкался, выпил еще немного воды и продолжил голосом умирающего вурдалака:

— Однако, поразмыслив на досуге, я решил внести в план определенные коррективы. Видите четырех «красных»… — тут он непечатно выругался по-английски. — Согласно достоверной информации именно они сорвали целый ряд важнейших, тщательно подготовленных нами операций, причем действовали зачастую в одиночку в отрыве от коллектива или же использовали коллег «втемную». Эти… — Главный снова разразился бранью и проклятиями, — должны быть уничтожены первыми! А пока они живы… хоть один из них!.. Остальных не трогать, ни под каким видом! Вопросы?

— Почему? — робко осведомился «непосредственный координатор».

— Объясняю специально для умственно отсталых, — страшно просипел Главный: — ОНИ САМЫЕ ОПАСНЫЕ! Видя, как гибнут один за другим их друзья и коллеги по работе, они способны активно вмешаться в ход событий, даже без санкции руководства, провести самостоятельное расследование и в конечном итоге превратиться из дичи в охотников. Как уже не раз случалось прежде. ТЕПЕРЬ ПОНЯТНО?!

— Да, — покорно кивнул толстяк.

— Тогда все свободны!!!

Дождавшись ухода приглашенных, Главный тяжело поднялся с места, зажег верхний свет, неуверенно подошел к зеркалу и тут же отпрянул назад с горестным вскриком.

Из зеркала на него глянуло безобразное лицо прокаженного, на последней стадии болезни: раздутое, покрытое язвами, струпьями, гнойной сыпью и чудовищными нарывами. Всего неделю назад оно принадлежало импозантному, шестидесятилетнему джентльмену, выглядевшему не более чем на сорок. Решив выглядеть еще лучше, Главный сделал себе омолаживающую инъекцию из человеческих эмбрионов. (Да нигде нибудь, а в одной из лучших западных клиник.) И… вот результат![3] По изуродованным щекам Главного потекли мутные слезы.

— Не помогает, не помогает противоядие! — простонал он, несколько раз судорожно всхлипнул, упал на карачки и зарыдал навзрыд…

«Эк разобрало старого Вилли!» — с усмешкой подумал дворецкий в смежном помещении, спрятал за пазуху прибор, при помощи которого записал на миниатюрный диск встречу в апартаментах шефа и разблокировал камеры скрытого наблюдения…"

"Несколькими часами позже, сменившись с дежурства и заперевшись в бронированном подвале у себя дома, он просмотрел и прослушал запись секретного инструктажа. Слова звучали четко, разборчиво, а вот изображения мониторных списков получились не очень. (Все-таки через стену снимали!) Правда, четыре основные фамилии читались вполне сносно. Дворецкий остался доволен. Эта, а также две предыдущие записи потянут не меньше чем на тридцать миллионов долларов! Только надо оставаться предельно осторожным и ничем себя не выдать.