Полностью очистить номер двадцать третий от «глаз» и «ушей»… Ну, Дмитрий Олегович, теперь вы довольны? — дождавшись ответного «Есть!», обратился он ко мне.

— В принципе да. Однако не пойму, почему вы так заинтересованы в продолжении моих амурных похождений. Или опасаетесь, что за оставшееся время Светка успеет подцепить нового хахаля, не столь благонадежного?!

— Да, опасаюсь, но не за нее, а за вас, — серьезно ответил Борис Иванович.

— ??!

— Вам не стоит сегодня возвращаться домой, — тем же тоном разъяснил Нелюбин. — На квартире вас, скорее всего, поджидает пренеприятный сюрприз. Например, откроете дверь, и… полдома взлетит на воздух.

— Шутите?

— Нет, нисколько, — покачал головой генерал. — Я же недаром интересовался криминогенной обстановкой у вашего дома. Дело в том, господа офицеры, что со вчерашнего утра на меня, на полковника Рябова и наверняка на вас, майор, начата активная охота!..

Глава 3

— Есть агентурная информация или основываетесь на фактах? — деловито осведомился Владимир Анатольевич."

"— Информация пока весьма расплывчатая, приблизительная, — хмуро ответил генерал. — Так, кое-какие наметки. Типа одной из влиятельнейших масонских структур в Дальнем Зарубежье намечены к уничтожению ряд старших офицеров и генералов ФСБ. Зачем, почему — неизвестно! Более точные сведения должны поступить завтра. Или послезавтра. А факты… Гм! Кроме того, что вам уже известно, со мной происходило следующее: вчера днем меня пытался застрелить в спину один из наиболее доверенных телохранителей майор Алексей Жарков. Кстати, именно он в позапрошлом году два раза спас мне жизнь, а теперь вот оно как, — лицо генерала потемнело, лоб покрылся глубокими морщинами. — По счастью, я инстинктивно почуял неладное и… в общем, я остался жив, а Жаркова пришлось уничтожить подручными средствами. Проще говоря, я разнес ему череп каминной кочергой. — Нелюбин угрюмо замолчал. Видимо, припомнил подробности.

— Ни фига себе! — изумился Рябов. — А в Конторе об этом ни слуху ни духу.

— Мы не стали выносить сор из избы, — устало вздохнул Борис Иванович. — Тело потихоньку кремировали, по Конторе распустили слух, будто Жарков спешно отбыл в «горячую» командировку. А семьи у него нет. Он был один как перст на белом свете. Так же, как Корсаков… Идем далее. Нынешним утром, в пять тридцать у меня под кроватью сработало хитроумное взрывное устройство в миниатюрном исполнении. По идее я должен был стопроцентно погибнуть, но… видать, Господь не допустил. Обычно я всегда просыпаюсь ровно в шесть, без будильника. А сегодня вдруг вскочил в 5.10.

Сна ни в одном глазу. Я умылся, оделся, вышел из спальни с намерением прогуляться по саду, и тут оно рвануло.