Место образовалось, как раз когда я подъехал к симпатичному греческому ресторанчику.

– Адриан Ивашков снова победил! – провозгласил я.

Через пару минут хозяйка заведения провела нас к нашему столику, мы принялись выбирать десерт.

– Свежая пахлава, – прощебетала Джилл.

– Да, похоже, – мило согласился я. – Может, мы прихватим немного с собой.

Пахлава была одним из любимых десертов Сидни. Возможно, это повлияло на мой выбор ресторана. Кто знает?..

Я с сожалением отказался от греческой водки узо и спросил Джилл, как идут дела в ее команде по плаванию. Все ученики Амбервуда должны были участвовать в спортивных мероприятиях, и плавание было идеальным вариантом для Джилл, поскольку соревнования проходили в закрытом помещении. Вдобавок ее магической стихией являлась именно вода. Лично я не отношусь к фанатам спорта, хотя матчи Супербоула мне нравятся, особенно если не надо следить за игрой. Я посещал соревнования, в которых участвовала Джилл, и обнаружил, что можно потерпеть взволнованных родителей, чтобы полюбоваться на ее успехи.

Джилл с таким энтузиазмом рассказывала о своих новых достижениях, что я отвлекся от бурь, постоянно бушующих в моем рассудке, – приятное разнообразие! Джилл с трудом приспосабливалась к Амбервуду, и я радовался как ребенок. Но интерлюдия оказалась загублена, как только Джилл обратила сияющий взор на Нейла.

– Нейл входит в команду борцов. Он потрясающий. Самый лучший. Он выигрывает все состязания.

Я откинулся на спинку стула. Если Джилл сама поднимает щекотливую тему, то я могу докапываться к нему без угрызений совести.

– Само собой. Любой дампир всегда одержит верх над человеком. Физиология…

Нейл, жующий сувлаки, задумался.

– Пожалуй, да, – пробормотал он, наконец.

– Не очень-то честно, – продолжал я. – У них есть разделение на весовые категории, но вот такие штуки оно не регулирует. Получается, ты соревнуешься с людьми, которые физически не могут за тобой угнаться.

Джилл взглянула на меня предостерегающе.

– Он здесь ни при чем! В Амбервуде не делят команды на людские и дампирские.

– Ты можешь нарочно проигрывать, – сказал я Нейлу.

Юноша побледнел.

– Что?! Нет уж! Это против моего личного этического кодекса!"

"– А соревноваться с людьми, которые в принципе не способны победить, соответствует твоему кодексу? – парировал я. – По-моему, это серьезное моральное прегрешение. – Жалко, что Сидни не было с нами. Она бы оценила, как ловко я ввернул термин «прегрешение». – Ладно, поступай, как знаешь… Я тебе не судья, и, честно говоря… – я издал смешок. – Я склонен придавать чересчур большое значение морали. Вот один из моих немногочисленных недостатков.

Но Нейл явно не купился на мою реплику. Он прищурился.

– Должно быть, я кое-что упустил.