– Ну, я определенно соглашусь с тем, что ты вносишь свой вклад, но Сидни права: ты не догадываешься, на что еще ты способен. Люди, в основном, оставляют свой след не посредством крупных чудес. Ну, только некоторые, – поспешно добавила она. – Но иногда самый лучший результат дает череда маленьких, тихих дел. Ты не сможешь сделать ничего такого, если…

– Окажусь под замком или умру, – докончил я за нее, повторив слова Сидни.

Джилл скривилась.

– Даже не думай! Не зацикливайся, ничего не случилось. Просто работай над собой. Например, учись самоконтролю.

– Ах ты, малышка! Мудра не по годам!

– Должно быть, на мне сказалась твоя мудрость.

Ты уже творил великие дела ненароком. – Джилл прижалась ко мне. – Но я серьезно, Адриан. Попытайся. Попробуй сдержать дух и посмотреть, что получится.

– Я и не пользовался им с тех пор. Даже ауры не сканировал.

А еще я не пил, даже отказался от своей дозволенной дневной порции.

– Это было всего несколько дней назад. Нет, конечно же, твоя жертва благородна. Но ты сможешь устоять перед искушением применить дух, если… что если Сидни будет брить ноги и порежется? Сможешь ты сопротивляться или скажешь себе: «Да чего там, всего капля духа – а нога не будет болеть?»

– У нее отличные ноги, – признался я.

 – Терпеть не могу, чтобы они страдали.

– Именно. А капля духа ничего не решает. И точно так же ты подумаешь в следующий раз. И в следующий…

Я поднял руки.

– Хватит. Сдаюсь. Слава богу, Сидни слишком аккуратна, чтобы допустить такое фиаско.

Мы дружно рассмеялись, но потом я снова проникся серьезностью ситуации.

– Ты победила. Я постараюсь… но я не могу отделаться от мысли, что это эгоистично с моей стороны. Я был эгоистом всю свою жизнь.

Было бы неплохо, если бы я сумел кое-что в себе преодолеть.

Джилл посмотрела мне в глаза.

– Каждый раз, когда ты используешь дух… это настолько хорошо?

Ответ я обдумывал долго.

– Зачем ты спрашиваешь, тебе же известен ответ, – сказал я. – Я использовал дух направо и налево потому, что ощущения были великолепными. Временами я достигал тех же высот, что при выпивке и курении.

– Тогда попробуй, – произнесла Джилл. – Если не сработает – перестанешь. Это всего лишь таблетка, а не пожизненное заключение.

– И отчего вдруг твои слова кажутся мне столь знакомыми?

Джилл усмехнулась.

– Вспомни, что говорила Сидни про противозачаточные таблетки.

И как я мог забыть?

– Ах да! Разговор, который тебе лучше было бы пропустить. Нам нужно хранить твою невинность.

На лице Джилл появилось лукавое выражение: с ним она казалась старше своих лет.

– Моей невинности пришел конец в тот миг, как нас связали узы.

Внезапно из общежития вышли Сидни с Зоей. Они нас не видели – мы сидели на дальней скамье, – и Джилл окликнула их. Зоя напряглась.