Он с досадой плюнул под ноги и приготовился к рукопашной схватке, решив стоять до конца и живым не даваться. Гийом Маню сбросил вниз два пистолета и продолжил заряжать оружие. Сергей подобрал их, тщательно прицелился и выстрелил по очереди в самых, на его взгляд, свирепых и крупных противников. Отстрелявшись, он швырнул пистолеты обратно через изгородь, чтобы их зарядили, освободив руки для холодного оружия. Теперь стрелял только ротмистр, а парнишка быстро заряжал ему пистолеты.

Но дикарей наступало так много, что юнга не успевал подготовить оружие.

Строганов выбился из сил, отражая выпады копий и удары дубинок, вот-вот туземцы должны были его достать и приколоть к изгороди очередным ударом копья. Старик решил нарушить свое же распоряжение не отворять ворота и велел юнге отпереть засов. Полковника старый ротмистр тем самым спас, но вместе с Сергеем в форт ворвалось с полдюжины людоедов. Лишь потом Гийому удалось, привалившись спиной к створке, задвинуть засов и преградить путь остальной шайке, при этом он ощутимо получил дубиной по голове. Удар пришелся по касательной, но все же был довольно сильным и сбил юношу с ног.

Сергей успел вернуться к воротам и заслонить упавшего парня от нападавших на него туземцев. Первым выпадом клинка он выбил из рук дикаря занесенное над юнгой копье, вторым — разрубил пополам татуированную рожу самого каннибала. Ротмистр, отстрелявшись, оставил пост на стене, и вдвоем россияне довольно быстро переколошматили туземцев, оказавшихся на крепостном дворе.

Но пока они разбирались с попавшими в западню дикарями, еще целая группа чернокожих агрессоров взобралась на хлипкую изгородь.

Теперь в ловушке оказались сами обороняющиеся, а цитадель могла стать их братской могилой. Как спастись? Положение гарнизона стало отчаянным. Но выход нашелся. Ротмистр увлек товарищей к угловой башне. Защитники крепости бросились к этой своеобразной цитадели, взобрались внутрь и затянули наверх хрупкую лесенку. Гарнизон получил минутную передышку, однако ни запаса пуль, ни пороха под рукой не было, только два заряженных ружья и пистолет.

— Если дотянем тут до темноты, то будем прорываться к вершине, к орудию, — предложил Серж.

— Чуток передохнем, пусть Ги придет в себя после удара.

— Нет, все нормально. Я готов сражаться даже сейчас, — горячо возразил юнга, слегка заикаясь от полученной контузии. — Я уже могу крепко держать шпагу.

Строганов с сомнением оглядел измазанного кровью парнишку, заметил разбитую голову, кровоточащую рану на плече, царапины по всему телу. Сам он получил только один легкий укол копьем по касательной, а вот старый рубака ротмистр Степанов был цел и невредим.