— Ты у меня единственная!

— Правда-правда! — голубые глаза радостно заблестели, возвращая на секунду милую Овечку из Тренировочного Лагеря.

— Правда-правда, милая! — подтвердил я.

— Смотри у меня! А то ноги повыдергиваю! — вернулась обратно суровая Арма Этерна. — И тебе и твоим… вашим… сисястым инквизиторам!

Я заржал. Люблю жену!"

"— Па-а-а машинам!!! — скомандовал я и вся банда с шутками и прибаутками ломанулась в ангар Дредноута, где уже ждали нас самоубийственные десантные шлюпы.

Машка держала со мной связь, разворачивая «Держаблю» к врагу, чтобы сократить расстояние, необходимое Алексу для применения его способности.

— Сейчас! — скомандовала Машка.

— Альтер!

Залп пронёсся мимо.

— Сейчас!!!

— Альтер!

Враги промахнулись еще раз.

— ВСЁ… ОТКЛЮЧАЮСЬ…

— Отдыхай, дружище! Машка! Я пустой!

— Принято!

Я сидел, пристегнувшись в кресле шлюпа и смотрел на приближающиеся корабли Ксеносов. Вон они выстрелили еще раз, но щиты, со скрипом, приняли энергию выстрелов на себя. А вот на мгновение мир потух, и я уже вижу огромный бок вражеской Боевой Платформы у нас прямо перед носом. Надо же! У Алекса получилось! Я, честно говоря, до последнего момента сомневался. Одно дело — стриптизёршами жонглировать, а другое — Дредноут переместить. Это чуть сложнее, я сам не понаслышке знаю!

— Внимание! Десант! Старт!!! — раздалась команда Машки. И нас вышвырнуло из тела Дредноута с, как всегда, с сумасшедшими перегрузками. Главное оружие десантника — его скорость. Ну, кроме, отсутствия у него ума. Пока враг охреневает — мы обрушиваемся ему на голову и начинаем его всячески унижать, дабы подавить в нём волю и способность к активному сопротивлению. Опять же, на каждую хитрую жопу у нас есть что? Правильно! Наказатор!

Поверхность вражеского корабля приблизилась очень быстро. Удар!!! Треск ломаемых перегородок и вот мы внутри Боевой Платформы! Внешние люки отстреливаются, и я бью по бляшке ремня, освобождая своё тело из его объятий. Под действием гравитации — падаю «вверх» и ударяюсь башкой об пол. Мы опять врезались во вражеский корабль кверху ногами. Рядом, как большая кошка, ловко приземлилась на четыре конечности моя дражайшая супруга. Ловко отстегивает ЕЁ из-за спины и принимает боевую стойку. Загляденье!

— Времья памирать? — спросил меня кто-то сзади.

— Тоби, тупица! — шикнул я на него. — Не время!

— А! — поправился Кровавый Извращенец, набрал побольше воздуха и радостно заверещал. — Слабаумие и атвага!!!

— Она самая! — улыбнулся я.