Наши военные моряки уже не один раз испробовали эту их способность на своей шкуре. Ступайте, и да прибудет с вами милость богини Аматерасу Омиками. Она вам понадобится, поскольку на переговорах вы встретитесь не только с великим князем Александром Михайловичем, но и с вождем демонов, именующим себя адмиралом Ларионовым. А это противник куда серьезнее, не мне вам говорить, что таким созданиям открыты и прошлое, и будущее, а также их совершенно невозможно обмануть.

Сразу скажу, что только из-за его участия в этом деле я согласен на все условия, изложенные в этом письме.

С демонами не спорят, как не спорят с тайфуном, землетрясением или цунами. Если ваш дом смыт в море гигантской волной, то виновны только вы сами, что построили его в таком опасном месте. Так что передайте великому князю, что мы согласны признать православие второй государственной религией и выдать за принца Михаила нашу юную дочь Масако, отдав за ней в приданое Курильские острова.

То, что этот молодой человек, младший брат императора, в первый же день добровольно отправился на войну, делает его достойным звания самурая и жениха моей дочери, хотя мое сердце болит от того, что ей придется уехать в эту северную страну.

Также мы согласны сдать России в аренду остров Цусима для устройства там военно-морской базы, и вновь признать независимость княжества Рюкю, под протекторатом России. У русских есть хорошая поговорка, как раз подходящая к нашему случаю — снявши голову, по волосам не плачут.

«К тому же, — подумал маркиз Ито, — как я слышал, у русского императора Николая и императрицы Александры нет сыновей, и наследовать им будет либо сам принц Михаил, либо его старший сын.

Божественный Тенно умен. Он заглядывает не только в завтрашний день, но и на годы вперед. Если его мысль верна, то выигрыш превзойдет все ожидания от этой злосчастной войны. Надо будет немедленно распорядиться выпустить из тюрьмы русского священника Николая, проповедующего в Токио, и взять его с собой на переговоры, вдруг пригодится… И надо будет не забыть надеть русский орден Святого Александра Невского, которым наградил меня русский император в 1896 году…»

Еще раз низко поклонившись монарху, маркиз покинул залу приемов, оставив императора наедине со своими мыслями.

7 МАРТА (20 ФЕВРАЛЯ) 1904 ГОДА, 10:05.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.

ДВОРЕЦ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ АЛЕКСАНДРА МИХАЙЛОВИЧА, НАБЕРЕЖНАЯ РЕКИ МОЙКИ, 106.

Александр Васильевич Тамбовцев.

Сегодня утром курьер из Адмиралтейства известил хозяйку дома о предстоящем визите двух адмиралов: русского — Степана Осиповича Макарова — и немецкого — Альфреда фон Тирпица. Визит должен быть неофициальным, но до предела деловым. Забегали, захлопотали слуги, готовя для встречи гостиную.