Видеть выражение глаз девочки было просто невыносимо.

– Понимаю, – произнес священник. То, что он должен был ей сказать, причиняло ему невыносимую боль. – Грасиела, я говорил с твоей матерью…

Девочка поняла, что последует дальше.

– Мне… мне нельзя вернуться домой, верно?

– Боюсь, что так. Мы еще поговорим об этом. – Отец Перес взял руку Грасиелы в свою. – Зайду к тебе завтра.

– Спасибо, падре.

После его ухода Грасиела лежала и молилась: «Господь всемилостивый, позволь мне умереть. Я не хочу жить».

Ей было некуда и не к кому идти. Никогда больше она не увидит родной дом, школу, учителей. В этом мире у нее ничего не осталось.

У ее кровати остановилась санитарка.

– Может, что-нибудь нужно?

Грасиела в отчаянии посмотрела на нее. Что она могла ответить?

На следующий день вновь появился тот же молодой врач и сообщил, явно испытывая неловкость:

– У меня хорошие новости. Ты уже чувствуешь себя достаточно неплохо, чтобы выписаться. Ну а если правду, то нужно освободить место.

Итак, надо уходить, но вот только куда?

Спустя час в больницу приехал отец Перес в сопровождении еще одного священника.

– Это отец Беррендо, мой старинный друг.

Грасиела взглянула на хрупкого худощавого священника и, опустив глаза, произнесла:

– Падре…"

"«А он прав, – подумал отец Беррендо, – она и впрямь красавица».

Отец Перес рассказал ему о случившемся, и священник ожидал увидеть в девочке признаки проживания в неблагополучной среде: черствость, дерзость, попытки вызвать жалость, но ничего этого не отразилось даже на ее лице.

– Сожалею, что тебе так досталось, – произнес отец Беррендо, и Грасиела поняла, что он ей не верит, а слова отца Переса и вовсе ввергли ее в панику:

– Я должен вернуться в Лас-Навас-дель-Маркес, так что оставляю тебя на попечение отца Беррендо.

Вот и все: оборвалась последняя ниточка, связывавшая ее с домом.

– Не уходите!

Отец Перес взял ее руку в свою:

– Я понимаю, тебе одиноко, но ты не одна. Поверь мне, дитя мое.

К кровати подошла санитарка со свертком в руках и передала его Грасиеле.

– Здесь твоя одежда. Тебе пора…

Девочку охватила еще бо́льшая паника.

– Сейчас? Но куда?

Священники переглянулись.

– Почему бы тебе не одеться? – предложил отец Беррендо. – Мы сможем поговорить и решить, что делать дальше.

Спустя четверть часа они вышли из полумрака больницы на солнечный свет. Грасиела была слишком потрясена, чтобы заметить красоту клумб с пестрыми цветами и яркую зелень деревьев.

– Отец Перес мне сказал, что тебе некуда пойти, – поведал священник, когда они расположились в его кабинете.

Грасиела кивнула.

– У тебя что, вообще нет родственников?

– Только… – Как же трудно было произнести это слово! – Только… мама.