Может, просто молча пройти мимо? Да, это хороший вариант, но тогда почему я сразу этого не сделала? Почему все еще стояла на месте и смотрела на Кириана?

Проклятье, и почему он такой красивый?

— Почему ты так смотришь на меня? Понравился? — Агеластос улыбнулся, а у меня от этого сердце забилось учащенно.

— Ты? Понравился? Да черта с два, — фыркнула и скрестила руки на груди.

— Ночью ты была куда честнее, — Агеластос взял меня за руку и притянул к себе, после чего на ухо прошептал: — Мне понравилось, когда ты стонала мое имя.

Щеки вновь покрыл адский румянец и, стараясь его скрыть, я тут же опустила голову.

— Прекрати. Не напоминай.

— О чем? — Кириан горячим дыханием обжег шею. — Например, о том, как ты кусала губы, когда я?..

— Хватит, — я перебила парня. И так уже не знала, куда себя деть от смущения и стыда. — Я же просила не напоминать.

Кириан поддел пальцами мой подбородок и, заставив приподнять голову, поцеловал, после чего легко подтолкнул в сторону машины.

Я замялась, но все же села на переднее пассажирское сиденье. Правда, почти сразу отвернулась к окну и, подперев голову кулаком, мысленно спросила у себя, что я вообще делала? Зачем села в машину Кириана?

Телефон, лежащий в кармане куртки завибрировал и я, достав его, увидела, что пришло сообщение от Ксенона:

«Ты же знаешь, что я позабочусь о тебе, если ты переедешь»

«Знаю.

Поэтому и не боюсь переезжать» — ответила.

— С кем ты переписываешься?

Я подняла голову и посмотрела на Кириана. Он смотрел на дорогу, поэтому я сразу не поняла, как он заметил то, что я вообще держала в ладони телефон.

— С братом.

— Сводным братом?

— Да. У меня другого нет.

— Вы близки, раз пишите друг другу в такую рань, — сказано холодно и как-то мрачно.

— Возможно. Во всяком случае, мои взаимоотношения с братом тебя не касаются. Куда мы едем? — я нахмурилась, поняв, что мы пропустили нужный поворот и явно направлялись не в университет.

— Мне нужно заехать домой.

— Тогда высади меня. Я на метро доберусь к универу.

— Нет, — коротко и беспрекословно. Почему-то мне показалось, что Агеластос стал более жестким и немногословным.

— О чем ты хотел поговорить со мной? — я обняла свой рюкзак и сняла шапку. В машине было жарко.

— Какие у тебя отношения со сводным братом? — мы как раз остановились на светофоре и Агеластос посмотрел на меня.

Почему-то у меня от его взгляда по спине скользнул холодок.

— Ты же сразу хотел поговорить о чем-то другом.

— Сейчас об этом, — как-то слишком жестко. Даже глаза стали немного темнее.

Сдвинув брови на переносице, я собиралась опять огрызнуться, но, прикусив губу, все же сказала:

— Да, мы близки. Ксенон всегда помогал мне и, несмотря на то, что мы сводные, он относится ко мне, как к родной сестре. Он очень хороший человек.