Превосходство сильного зверя и голод, который он с легкостью мог утолить.

А я терялась. До сих пор не пришла в себя после предыдущих поцелуев, но в очередной раз понимала каково это задыхаться от ощущений и чувствовать себя настолько непривычно. Будто подо мной разожгли огонь и ему не было сил сопротивляться.

Но я все же попыталась это сделать.

Рука дернулась и я влепила Кириану пощечину, сразу пытаясь поправить свою майку. Вот только, ладони так сильно дрожали, что у меня ничего не получалось.

— Прекрати. Агеластос, проклятье, остановись, — я даже не понимала того, насколько сильно мой голос сейчас был сиплым и прерывистым, но ощущала то, что глаза начало предательски покалывать. Наверное, от отчаяния и понимания того, что Агеластос мог делать со мной все, что угодно, а я его и остановить не могла. — Для тебя я действительно не человек? Считаться со мной не нужно?

Может, Кириан услышал что-то в моем голосе, но он все же остановился. Отстранился и посмотрел мне в лицо. Я сама видела его расплывчато, но в это мгновение судорожно вздохнула и тыльной стороной ладони начала тереть глаза.

Кажется, Агеластос хотел что-то сказать, но промолчал. Подхватил меня под бедра и усадил к себе на колени, так, что мы теперь были лицом к лицу. Прислонившись спиной к стене, он немного ближе притянул меня и, заставляя уткнуться лицом в торс, провел широкой ладонью по спине.

— Лучше бы ты осталась в Кастории, — повторил он.

И уже теперь я была согласна с ним. Да, лучше бы я не приезжала в Афины. Лучше бы мы не виделись.

Я хотела отстраниться, но он не дал. Все так же прижимал к себе, а вторую руку держал у меня на талии, еле ощутимо водя там большим пальцем.

— Отпусти, — прошептала.

— Не хочу.

— Я человек… — собиралась возразить, но Кириан меня перебил:

— Нет, ты Очкарик. Еще и такая бестолковая.

Я нахмурилась и тут же вздрогнула от того, что Кириан прикусил мое плечо, а потом покрасневшую кожу покрыл несколькими поцелуями.

— Лучше бы ты всем этим занимался с другой, — прошептала.

— Знаю. Я уже говорил, что не хочу видеть тебя в своей постели, — сказал, продолжая целовать и уже теперь немного сильнее сжимая мои бедра.

— Тогда, почему?..

— Не знаю.

Я хотела еще что-то сказать, но Кириан не дал. Прижал к себе так, что тело заныло и опять поцеловал. Уже теперь его тело было еще сильнее напряженно, но теперь Агеластос никуда не торопился. Целовал бесконечно долго и водил руками по мне. Сначала прикосновения были легкими и практически не интимными, но в какой-то момент его ладонь легла на мою грудь и, сжимая ее, Кириан углубил поцелуй, а я задрожала каждой частичкой тела, прекрасно понимая насколько порочно то, что Агеластос сейчас делал. Можно сказать, что за гранью.