Гнетущая настолько, что, казалось, она своими острыми иглами пробиралась под кожу и истязала тело.

— Очкарик…

Я слушать не стала. Отключила звонок и, все так же сжимая телефон в ладони, опустила руку. Почему было так больно? Почему от горечи сдавливало горло и хотелось делать глубокие вдохи, но я не могла даже разомкнуть губы?

Телефон опять зажужжал, высвечивая номер телефона Кириана и это стало подобно ножу, врезавшемуся в сердце. Ладонь дрогнула и, прежде чем я поняла, что делаю, номер Кириана направился в черный список."

"Стало ли мне легче после этого? В первые секунды мне казалось, что да.

Я даже вздохнула полной грудью и еле заметно улыбнулась, а потом губы дрогнули. Мне стало еще хуже.

Глубокий вдох и шумный выдох. Так раз за разом.

Проклятый Агеластос. В это мгновение я ненавидела его за то, что дал ощутить вкус безумных ощущений. За то, что ворвался в мою жизнь и показал каково могло быть рядом с ним, а потом так же ненавязчиво показал, что все это лишь в одну сторону.

Такие, как он созданы для того, чтобы изувечивать душу. Как сказала Селена — пережевывать и выплевывать, а потом идти дальше, больше не оборачиваясь на тебя.

А ты сиди и страдай. Ведь после такого невозможно чувствовать себя целостной.

Глубокий вдох… Шумный выдох…

Я качнула головой и попыталась выбросить из головы лишние мысли. Раз решила забыть про Кириана, значит следовало это сделать.

Я опять улыбнулась. Заставила себя это сделать и пошла вперед, совершенно не понимая, что уже была больна Кирианом.

Он стал моей плохой привычкой.

Телефон опять зажужжал и я дернулась, сразу же посмотрев на экран. Глупая.

На что надеялась? Я же бросила его номер в черный список, но, проклятье, опять надеялась, что звонил Кириан. Вот только, это была Хтония.

— Да. Что-то случилось? — спросила, отвечая на звонок.

— Чара, я не хотела тебя отвлекать, но… В общем, недавно приходил Кириан Агеластос.

— Правда? — я совсем не удивилась, но попыталась изобразить эту эмоцию.

— Я не хотела говорить ему, что ты пошла на тот «Зимний вечер», поэтому сказала, что тебе плохо и ты не можешь выйти к нему. Он попросил пустить его к тебе, но я сказала, что ты спишь и он ушел.

Мысленно я отметила, что, значит, перед тем, как опять полезть в окно, он пытался пройти через дверь. Похвально. Почти не преступник.

— Но, Чара, я только что выглянула в окно и увидела, что он подошел к своей машине и достав оттуда букет вышвырнул его в мусорный бак. При этом, он выглядел… Ну не знаю. Мне стало жутко. И вот я подумала — может он тебе позвонил и вы поругались?

— Да, звонил.

— О, боже. Нужно было сразу позвонить и сказать, что он хотел с тобой увидеться.

— Нет.