Лишь спустя какое-то время он нарушил тишину:

— Я не хочу, чтобы ты общалась с Иероном.

— Почему?

— Потому, что моя девушка не должна этого делать.

«Моя девушка». Насколько же непривычно это звучало. Да и от этих слов по коже скользнул миллиард жарких огоньков, а в груди проснулся дикий трепет.

— Мы общаемся, как друзья.

— С Гатисом? — Кириан оскалился. Почему-то у меня создалось ощущение, что Агеластос мне чего-то не рассказывал. — Больше не подходи к нему. Не разговаривай с ним и не переписывайся.

Я сразу хотела спросить, почему у Кириана такое отношение к брату, но потом решила, что это не мое дело.

Да и мне не особо хотелось разговаривать с Иероном. Поэтому, даже не ответив на сообщение, я положила телефон в карман куртки. Кириан это заметил и, наклонившись, опять поцеловал. Будто поощрял за правильный выбор.

Уже вскоре мы приехали к небольшому ресторанчику и пицца в нем была действительно вкусной. Я ее съела столько, что, казалось, встать со стула не смогу, но, тем не менее, мне следовало потихоньку собираться на подработку.

— Мне нужно домой. Я обещала помочь мачехе с готовкой ужина, — солгала Кириану.

Не хотела говорить, что мне нужно было на работу, ведь почему-то не сомневалась в том, что Агеластос захочет узнать, где именно я работала. А там может протянуться связь с Гатисом. Зачем все это? Я просто хотела пойти на смену и получить за нее деньги. Сейчас я в них нуждалась.

— Когда освободишься? — спросил Кириан.

Прикусив губу я задумалась. Сегодня смена должна закончиться рано — где-то в семь. Еще час на то, чтобы добраться домой.

— В восемь, — ответила, закончив с подсчетами.

Агеластос кивнул, а я с трудом, но все же поднялась со стула, после чего потянулась. Мне нравилось в этом ресторанчике, но уже действительно следовало уезжать.

Кириан подвез меня к дому, но из его машины я вышла не сразу. Очень долго он целовал. Казалось, что вот-вот вовсе набросится. Как минимум, заберется руками под одежду, но парень все же сдерживался. За это я ему была благодарна.

И лишь спустя пару часов я поняла, что ни черта он не сдерживался. Во всяком случае, не со мной.

Я уже была на работе и протирала столики, когда дверь кофейни открылась и в помещение вошел Кириан.

Его рука была на плече какой-то девушки. Он ее так приобнимал.

Глава 24. Да

Я смотрела на Кириана и ощущала себя так, будто мне в грудь вонзился острый нож и каждая прошедшая секунда, являлась проворотом лезвия в моем сердце. Так больно. До дрожи в пальцах и жесткой горечи возникшей комом в горле.

— Агеластос… — беззвучно произнесла одними лишь губами.

Сразу я надеялась на то, что мне лишь показалось.