— Есть водка? — вырвал меня из оцепенения голос Руслана.

— Есть. Но разве лучше не будет перекисью водорода?

— Неси водку. И нож захвати.

Я не стала спорить и выбежала из ванны, чуть ли не поскользнувшись. Оставив по всей квартире окровавленные следы, нашла на полке бутылку и взяв нож, и вернулась к Руслану.

— Давай, — протянул он мне руку, и я вручила ему водку.

Он прильнул к ней и сделал несколько больших глотков, а после содержимое вылил на рану. Я могла только представлять на сколько это больно, но мужчина лишь стиснул зубы, тихо простонав себе в руку.

Забрав у него бутылку, поставила её на стиральную машинку.

— Что мне делать?

Руслан опустил голову, борясь с ужасной болью.

— Тебе нужно вытащить пулю. Самому мне будет трудно это сделать.

Я сжала в руках нож, смотря испуганно на мужчину. Я еще ничего не начала делать, а руки затряслись.

— Малыш, ты ждешь, пока из меня вытечет вся кровь? — его уставшие глаза посмотрели на меня.

— Я боюсь. Я не знаю, как это сделать. Тебе будет больно.

— Соня, девочка моя, мучительнее боли, что ты мне причинила своим отказом, в этом мире просто нету. Я этот месяц потихоньку умирал без тебя, без твоего взгляда, запаха, кожи.

Я хочу тебя, девочка. Хочу видеть тебя каждый день, целовать каждый миллиметр твоего тела. Если ты мне этого не дашь, то и жить мне не за чем. Просто добей, потому что я способен взять тебя против твоей воли. И, если это сделаю, то потом пущу себе пулю в лоб за то, что посмел причинить тебе боль.

Руслан пошатнулся и начал падать на меня. Я его подхватила, не позволив упасть. Нож выпал у меня из рук на пол. Тяжелая голова Руслана опустилась мне на плечо. Физические и душевные страдания, потеря крови, вызвало у него внезапный упадок сил.

Он тихо простонал и обмяк в моих руках. Я ели устояла на ногах, удерживая крупное мужское тело.

— Руслан, — позвала его я, пытаясь привести в чувства.

Мужчина лишь что-то тихо пробурчал себе под нос. Я аккуратно спустила его на пол, спиной облокотив на ванну. Вскочив на ноги, схватила стаканчик, где стояли щетки, и набрала в него воду. Полила на рану, смывая кровь. Я видела пулю. Она сидела не глубоко. Взяв нож дрожащей рукой, преподнесла его к телу мужчины. Руслан все еще был без сознания, что пугало еще больше.

Лишь его тяжелое дыхание давало понять, что он еще жив.

Сжав сильнее нож, погрузила его в рану, поглядывая на выражение лица Руслана. Его брови сошлись, он начала стонать, но даже не пошевелился. Я быстро вытащила пулю, которая со звоном упала на плитку и укатилась куда-та. Меня она не волновала. Больше всего я беспокоилась о Руслане и его ране, из которой кровь начала течь тонким ручейком. Так же не должно быть? Страх того, что я сделала лишь хуже заплеснул меня.

— Руслан, очнись, — начала его бить по щекам.