Помнишь, во время твоего правления, он и носа из своей области не показывал. Он ссался тебя жестко. А сейчас чуть ли не каждый день по городу шляется, словно у себя дома.

— Ты у него не в авторитете. Достаточно один раз схватить его за горло, и он больше и пискнуть не посмеет в твою сторону.

— Он сжег склад, Руслан. Я потерял миллионы.

— У тебя есть доказательства, что это был его заказ?

— К бабке не ходи, — он налил себе еще один стакан и залил в себя."

"— Завтра я занят. Только в понедельник смогу съездить к нему и побазарить.

— Он тебе не признается.

— Признается, — протянул я, туша сигарету в пепельнице, — иначе моё лицо будет последним, что он увидит в своей жизни.

Матвей усмехнулся. Он знал, что я не с кем не церемонился. Если хотел, то брал. Не отдавали, то забирал силой. Друг снова потянулся к бутылке, но я перехватил его руку, откидывая.

— Тебе сегодня хватит. Заказывай такси.

Его глаза с непонимаем вылупились на меня.

— Я думал, что у тебя переночую.

— Значит, думать-это не твоё. У тебя беременная жена дома. Будет не хорошо, если она начнёт волноваться.

— Я Надюху предупредил, что останусь у тебя.

— Всё, — я выпил свой стакан, — заказывай такси и проваливай.

Матвей сузил глаза, подозрительно смотря на меня. Его губы растянулись в ухмылке.

— Олег сказал, что ты не один. Неужели эта та дочь горе-инженера? Ты шлюх сюда не возишь, — он положил свой подбородок на скрещенные руки, — получается, что у тебя с той куколкой всё серьезно? Неужели, Яров, ты надумал жениться?

— Я тебе не позволю одному наслаждаться семейными узами, — я сделал глоток коньяка, расслабляясь в кресле. — Я готов прямо сейчас поехать в ЗАГС, но…

— Но…, - протяжно выдавил Матвей, требуя продолжения.

— Но, Соня ещё не готова.

— Конечно не готова. Ей только восемнадцать исполнилось. Ей бы гулять сейчас, а не с тобой, стариком, сидеть.

Я стукнул рукой по столу, затыкая друга.

— Тебе пора домой, — прорычал я, сверля его не добрым взглядом.

— Ладно, — встал Матвей, — только не бесись. Ты стал совсем не гостеприимным.

— Может, потому что в моей кровати лежит моя женщина, а я тут, с тобой вынужден нянчиться. Вали уже к себе. Ты уже заделал ребенка, а я еще нет.

Матвей рассмеялся.

— Хоть где-то я тебя опередил.

Я подлетел к нему, выталкивая из кабинета.

— Спокойно. Ухожу я. Не кипишуй.

Он спустился с лестницы, вызывая такси, под моим пристальным взглядом. Убедившись, что друг покинет мой дом, я вернулся к Соне, которая тихо посапывала на моей кровати, свернувшись в комочек. Она выглядела так беззащитно, что во мне возникло желание спрятать её от всего мира. Я стянул с себя тряпки и залез к девочке под одеяло, притянув крошку к своей груди. Хотелось и с неё снять одежду, насладиться девичий кожей.