Мы никогда не привлекаем к нашим разборкам мусоров. Его заявление удивило, так как Тагар именно один из тех, кто очень скептически относится к правоохранительным органам.

— Не смотри на меня так. Речь идет о твоей женщине, а не пачке наркоты. Разве тебе сейчас не насрать на принципы?

Он был прав. Плевать какими способами, но я должен вернуть свою малышку. Только хотел набрать ментов, как на экране высветился незнакомый номер. Мы поймали с Тагаром взгляды друг друга. Я ответил и сразу же поставил на громкую связь.

— Яров, ну здравствуй, — мужской голос заговорил на ломанном русском языке.

— Где моя жена?

— Твоя малышка в безопасности. Но это пока. Её дальнейшая судьба зависит от тебя, родной.

Я сжал телефон, но боясь лишиться единственной ниточки к Соне, расслабил пальцы.

— Что хочешь?

— Многое, — захохотал иностранец. — Но от тебя мне нужен центральный район твоего города. Заметь, я не прошу весь город. Мне нужен лишь его центр. В семь часов я буду ждать тебя с ответом на складе, где ты содрал кожу с моих бойцов.

Он сбросил вызов. Я опустил руку с телефоном.

— Отдать ему центр, — начал Тагар, нарушая тишину, — это тоже самое, что подарить ему весь город.

— Что ты там говорил про принципы?

— Я говорил тебе про ментов, а не про то, чтобы ты отдавал город этим пидарасам.

— У них моя жена.

Тагар выругался, выкинув сигарету на мокрый асфальт.

— Авторитеты тебе этого не простят.

— Мне не нужно их прощение. Я освобожу свою жену и уеду из этого города. На этот раз навсегда завяжу со всем этим дерьмом. Мне это больше не нужно. Я хочу лишь вернуть свою жену. Мне нужна лишь она одна.

Глава 29

Я открыла глаза, вглядываясь в деревянный потолок. Он оказался мне не знаком, так как ни у папы, ни у Руслана в домах такого не было. Голова раскалывалась так сильно, что я боялась даже повернуть её, думая, что при малейшем движение она может разорваться на части. Я не помню сколько времени бездумно пролежала в неподвижном состоянии, вспоминая о недавних событиях."

"Находясь в туалете, я в отражение зеркала увидела мужчин и уже тогда мой инстинкт самосохранения начал кричать мне, что что-то не так. Я только успела обернуться к незнакомцу, как он воткнул в мою шею что-то острое. Скорее всего это был шприц. После этого я беспамятство провалилась в темноту. И теперь оказался здесь.

Когда боль немного стихла, я сумела оглядеться. Меня окружал очень старинный интерьер. Деревянные стены и пол из прогнившего дерева. Никакого источника света. Лишь дневные лучи солнца, которые просачивались через заколоченное деревяшками окно, позволяли мне видеть.

Вдруг послышался шум. «Это ветер, — подумала я, — который гуляет по старому домику». Но нет, — дверь распахнулась, и в моё укрытие вошёл мужчина.