Дела самих же подруг могут и подождать. А если девушки потеряют прибыль, это Жанну ничуть не взволнует. Когда подруги приехали, Жанна была занята с очередной клиенткой.

– Подождите, – кивнула она подругам. – Сейчас закончу.

Ждать пришлось целых двадцать минут. Жанна невозмутимо разрисовывала ногти, а подруги изнывали от нетерпения. Сегодня в салоне были только мастера. Борисыч, Гошик и несчастная косметичка давали пояснения в милиции, каким же образом в салон попал яд в запаянной ампуле.

– Только я вам сразу скажу, ничего нового они не раскопают, – заявила Жанна подругам, когда наконец сумела улучить минутку и для них. – Я вам вот что скажу! Тот, кто затеял все эти гадости с хулиганами, с потопом и собакой – убил и Эрику Леопольдовну! Завершающий штрих, так сказать!

– Не слишком ли это жестоко? – усомнилась Кира. – Убийство как-никак. Одно дело собака. И совсем другое – человек!"

"– Ну и что! – настаивала Жанна. – Хулиганы и потоп не произвели должного эффекта. И преступник решил подбавить драматизма!

– Что ты этим хочешь сказать?

– Вам надо найти зачинщика! Вы побывали у Левушки?

– Вряд ли это он. Слишком утонченная натура. И к вашему Борисычу он ничего, кроме легкого презрения, не испытывает. Ему не за что ему мстить.

– Может быть, притворяется?

– Нет.

– А конкуренты?

– Давно перестали ими быть.

– Бывшая супруга?

– Укатила в медовый месяц вместе с новым мужем.

Жанна схватилась за голову.

– Тогда я прямо не знаю, что и делать! Вы говорите, все пятеро вне подозрений?

– Да. Но мы узнали интересную информацию. Ты знала, что Гошик является совладельцем вашего салона?

– Кто? Гошик? Не может этого быть!

– Почему?

– Ну, он всегда просит деньги у Борисыча. Хотя…

– Что?

– Однажды Гошик кричал что-то вроде того, что он тоже имеет не меньше прав, чем Борисыч. И чтобы тот не забывался и нос перед ним не задирал.

– Вот видишь! Гошик и Борисыч – совладельцы. А это значит…

– А это значит, что покушаться могли не на Борисыча, а на Гошика! – в полном восторге воскликнула Жанна и даже захлопала в ладоши от радости.

– Точно! А если это так, то не назовешь ли ты нам пару-тройку недоброжелателей, которые имеют зуб уже теперь на Гошика?

Жанна на мгновение задумалась, а потом воскликнула:

– Назову! У Гошика есть мать. Она сильно больна. Я это точно знаю, потому что она много раз звонила Гошику, просила у него денег на операцию или вроде того.

– Ну? А он?

– Он не давал.

– Да ты что? Родной матери?

– Не дал. Сначала врал, что у него нету. Потом врал, что сам кому-то должен. А потом просто накричал, чтобы не звонила.

– И она больше не звонила?

– Только разочек ее сестра позвонила и сказала, что Гошик еще горько пожалеет о своей жадности.

– Сестра? Стало быть, тетя вашего Гошика?

– Ну да.