— Молодец, — хмыкнул он, обращаясь ко мне последнему, — А затем стиснул руку сильнее, чуть притянул меня, и склонился над ухом, — Хотя если бы я знал, что ты задумаешь, Апостолов, я бы тебя прибил.

Я стиснул зубы и криво улыбнулся.

Проклятье! Как он узнал⁈

Впрочем, судя по весёлым глазам декана, сдавать он меня не собирался.

Главное сейчас — успеть высосать Эфир из кубка и убраться отсюда — до того, как морок спадёт…

Грянула пафосная музыка, и Кощеев махнул рукой. Через арку входа на стадион вышли двое из ларца, одинаковых с лица (я подозревал, что эти здоровяки в простых рубахах и джинсах — големы, или что-то подобное). Они тащили на своих плечах Кубок Синего Пламени, установленный на небольшое основание.

Приблизившись, они установили трофей прямо перед нами — и команда завопила от радости, пустившись в безумный пляс.

Журналисты продолжали снимать и вести репортаж, трибуны ревели, а Кощеев, поздравив нас, махнул рукой — мол, наслаждайтесь моментом.

Я оказался у Кубка первым. Времени оставалось мало, так что требовалось воспользоваться им как можно скорее.

Трофей оказался тяжёлым, но поднимать его я не собирался — подошёл ближе и обхватил чашу артефакта, якобы позируя для фотографии.

Его поверхность мягко пульсировала голубоватым светом.

Время будто замедлилось, когда я почувствовал, что волнение отходит на второй план, уступая место спокойствию.

Я победил. Я добрался до первой важной цели! И я совершенно точно не собирался её упускать!

Кощеев продолжал что-то говорить о воли к победе, о духе настоящего соперничества, ещё о чём-то — но мой мир сузился до Кубка, стоящего передо мной.

Его холодная поверхность будто пульсировала под моими пальцами. Я осторожно соединил свой кустарный талисман, который ещё перед игрой повесил на шею, с трофеем энергожгутам — и тут же невидимая река силы начала вытекать из него — да так, что едва не отбросила меня в сторону!

Я покачнулся, но устоял на ногах, и это замешательство никто не заметил."

"Но в следующий момент всё моё тело пронзило лёгкое покалывание. Оно нарастало, будто сам Эфир противился моему желанию забрать его! В ноздри ударил сладкий медовый аромат — настолько яркий, что все мысли в голове мгновенно перепутались!

Я думал только о том, что если сейчас не справлюсь — не только упущу мощь, но и раскрою себя… Пот стекал по спине, смешиваясь с потоком эмоций, захлёстывающих меня…

Я сосредоточился, пытаясь унять трепет, охвативший сердце. Представил, как Эфир устремляется в мой амулет, представил безграничные возможности, которые меня ждут…

Словно ощутив, что я умею обращаться с ним, сопротивление Эфира ослабело — бурный, холодный и жестокий поток энергии успокоился, превратившись в спокойную реку, и стал стремительно наполнять амулет.