Синицын — худой, с измождённым, заострённым лицом и крючковатым носом, с пронзительно синими глазами и торчащими во все стороны седыми волосами — встал и повернулся ко мне.

— Ты уничтожил… Ты забрал её у меня! — прорычал он, и на его пальцах заплясали огни магии света, — Ты… Ты…

Он трясся, как лист на ветру, я чувствовал клокочущую в нём ярость — но ударить не позволил. Страх как раз накопился — так что я жахнул по магу с такой силой, что у него подкосились ноги, он упал, прижался спиной к только что выросшему в подвале дереву, и спрятал лицо в ладонях.

— Нет-нет-нет! Не надо, пожалуйста!

Я тут же оказался рядом, сорвал с шеи колдуна защитный амулет, затем снял с пальца такой же защитный перстень — и вцепился ему в ключицу стальной хваткой.

А затем начал выкачивать энергию, не забывая продавливать страх и дальше, чтобы он не сообразил, что к чему.

Объём энергии у этого доходяги, честно признать, меня удивил. Кажется, я впервые попытался опустошить кого-то ранга Знатока — и получилось это сделать с трудом.

Спустя несколько минут в его искре почти не осталось энергии и я, смахнув со лба пот, сбавил накал страха — чтобы скулящий Синицын мог хоть как-то соображать.

— Кто… Кто ты такой⁈ — прошептал он.

— Тот, у кого твоё изобретение отнимает жизнь, сволочь, — жёстко ответил я, и тряхнул его, — Артефакторные барокамеры в «Тихом месте»!

— Но я не… Я…

— Давай-ка ты соберёшься, Андрей Фёдорович — и выложишь мне всю структуру своего долбаного проклятья, чтобы я мог от него избавиться. И тогда, может быть, я оставлю тебя в живых! И даже не стану закладывать властям!

К тому моменту, как я произнёс эти слова, голова трещала просто невыносимо — так что пришлось погасить накал управляемого страха до нуля. И это стало заметно сразу.

— Властям⁈ — Синицын хрипло рассмеялся, и попытался сбросить мою руку с плеча, но тут же получил зуботычину.

Его глаза сверкнули, он попытался дотянуться до своей магии — и обнаружил, что её почти не осталось.

Лицо колдуна вытянулось от удивления.

— Но как⁈

— Лучше заткнись, и отвечай на вопросы!

— Да пошёл ты! — он попытался плюнуть мне в лицо, но я уклонился, и снова ударил мужчину в нос.

Он хрустнул, брызнула кровь, но вопреки всему, Синицын только рассмеялся.

— Пошёл ты! Пошёл ты, слышишь! Нихрена я тебе не скажу! Ты уничтожил всё, над чем я работал! Ты отнял у меня… Отнял у меня…

Он зашёлся хриплым кашлем, а я, нахмурившись, отпустил его и отступил.