И правильно! Я еще не понимала ничего, но дайте мне время, и я разберусь, черт возьми!

Эвелина оказалась англичанкой лет тридцати. Красивая блондинка, чем-то напоминающая Грейс Келли. Кошачья пластика ее движений давала понять, что обряд в храме жена главы клана уже прошла.

Ужин был накрыт на открытом воздухе, в беседке, напоминающей шатер из-за легких чуть покачивающихся белых занавесок – теплый ветерок как будто игриво ласкался к ним.

Мягкие удобные кресла располагались вокруг стола. Журчание воды от находящегося рядом красиво подсвеченного фонтана вызывало умиротворение. Дизайнер-светотехник бесспорно был гениален. Везде, где останавливался глаз, царила волшебная красота. Добавьте сюда фиолетового оттенка небо и невиданные мною раньше цветы… Казалось, что я попала в сказку.

Мне кажется, супругу Харрона поразил мой возраст. Все же между мной и Хантом был большой контраст, и, переводя взгляд с него на меня, она пыталась сопоставить нас как пару. Получалось не очень. А вот они вместе смотрелись идеально. Невооруженным взглядом было видно, что между этими двумя царит любовь. То, как бережно и нежно Лансон обнимал супругу, как смотрел на нее, говорило о многом.

– Ты почему так долго кружил? Я уже думал, что не приземлишься, – обратился хозяин дома к Марру, приглашая нас в беседку.

– Это моя вина. У вас здесь так красиво, что я наслаждалась видами, – слукавила я.

Барс отодвинул мне кресло, и я села.

– Марр обаял Елену за один вечер, и они только сегодня прилетели, – поделился Харрон с женой. – А я-то себя считал везунчиком!

Та бросила на меня внимательный взгляд. Наверное, пыталась понять, что я собой представляю, раз в первый же вечер выскочила замуж.

– Вы не испугались переезда? – спросила она меня.

– Я спала как убитая и совсем не ощутила перехода. – Я сделала вид, что не так поняла вопрос.

Появившиеся служанки прервали на время разговор. Мимоходом отметила, что все они люди.

– Как вы познакомились? – спросил Харрон.

– На благотворительном вечере, – ответил Марр.

– Как вы решились на такой ответственный шаг? Было не страшно? – обратилась ко мне Эвелина. Она все же пыталась докопаться до истины и понять меня.

– Нет, – с улыбкой ответила я и, так же держа светскую улыбку, добавила: – Страшно стало, когда узнала традиции Баттаса, а потом поняла, что совершила этот шаг вслепую.

– Так ты ей не сказал?! – Хозяин дома бросил на Ханта шокированный взгляд.

Атмосфера за столом сгустилась. Марр заговорил на незнакомом певучем языке. Потом несколько слов сказала хозяйка. Многое я бы дала, чтобы понять их!

– Красивый язык, – произнесла как бы между прочим, напоминая о своем присутствии. Все взгляды скрестились на мне. Теперь в голубых глазах женщины я увидела мелькнувшее сочувствие.