Я успеваю пожалеть о своем решении остаться в школе, а затем и о том, чтобы уйти от Огнева. Вот что мне стоило прямым текстом ему заявить: «Защити меня, или расскажу, какой ты на самом деле, отцу, и машину ты не получишь!»?

Это ведь так просто!

Но я не умею шантажировать. Да и не хочу. Я надеялась нормально с ним договориться, пообщаться. Друзьями нам, конечно, не стать, но и ненавидеть друг друга нам не за что. Он индюк, конечно, напыщенный, но и я не подарок.

Когда меня никто не ищет, начинаю всхлипывать. Слезы катятся по щекам, я утираю их тыльной стороной ладони. Пытаюсь успокоиться, но выходит только хуже.

Начинаю плакать сильнее. Еще никогда мне не было так одиноко!

– Аня! – кричит кто-то не так далеко от меня.

– Я здесь! – ору что есть сил, а затем думаю, зачем это сделала.

Кто меня звал? Я просто услышала голос и отозвалась. Что если ищут не меня? Что если ищут другую Аню? А она, может, не хотела, чтобы этот человек ее нашел?

– Новенькая, – в беседку запрыгивает Кирилл.

От неожиданности я вскрикиваю.

– Капец ты всех напугала!

– У меня телефона нет, – бурчу. – Ни позвонить, ни навигатор включить.

– Идем, – Огнев кивает в сторону выхода.

 – Маму твою чуть удар не хватил. Накапали валерьянку ей и искать тебя пошли.

– А кто еще ищет?

Я обеспокоенно прислушиваюсь. Если маме накапали успокоительного – дело плохо. Я и так расстроила ее сегодня днем, а теперь еще и это! Не могла домой пойти, что ли?

– Отец мой и Боря ищут. Я им смс отправил, что нашел тебя и веду домой.

– Это все ты виноват!

Я тут же прикусываю язык, но поздно. Он услышал, конечно.

– Снова я, – Огнев вздохнул. – Не многовато косяков для одного дня, как считаешь?

– Я… не права, извини.

Я ведь сама ушла.

– Вот так отцу моему и скажешь. А я подумаю, как решить твою проблему в школе. Идет?

– Идет! – быстро тараторю, пока не передумал.

Глава 7

Кирилл

– Я тебе что сказал? Мозги вообще работают?

Отец хватает меня за грудки, затем резко отталкивает. Я пошатнулся, но на ногах стою крепко. Держу руки в карманах, сжатые в кулаки до побелевших костяшек. И смотрю на него исподлобья. Не люблю, когда он так делает. Вообще терпеть не могу, когда он позволяет себе ко мне прикасаться. А тут еще на людях, не за закрытой дверью. Сволочь.

– Он не виноват! – спешит вступиться за меня новенькая.

– Он запугал тебя, что ли? – спрашивает отец у нее, а взгляда не отводит от меня.

Развернуться и уйти, что ли, прямо сейчас?

– Я от него убежала. И заблудилась, – оправдывается она.

Искренне так, правдиво. Даже я верю. Актриса будущая растет. Большого театра.

Отец меня больше не трогает. Ко мне вообще теряют интерес, успокаивают новенькую, хотя она успокоилась еще по дороге сюда. Она вообще только кивает и отвечает “да”, “нет”, “все в порядке”. И на меня смотрит.