Как же он красив! Держаться! Главное, Катя, держаться!

— Что с вами происходит, леди Лэверти? — негромко спросил темный герцог. — Вы не принимаете моих подарков, вы меня избегаете. Неужели я вам настолько отвратителен?

— А что вас удивляет? — через силу усмехнулась я, вся дрожа от его близости. — Что какая-то продавщица удобрений посмела отказаться от бриллиантового склаважа?

— Вы не какая-то продавщица удобрений, — он ласкающими движениями прошелся по моим скулам, очерчивая овал моего лица. — Ваш дар достаточно силен, и меня искренне удивляет, почему вы не пользуетесь им в полную силу. Вы волшебная. Леди Катажина, я не встречал таких, как вы…

— Скольким девушкам вы говорили это?

— Вам одной. Не верите?

Индиговые глаза сверкнули в мягком полумраке откидного верха экипажа. Я чувствовала его бедром и плечом, и он придвинулся ко мне близко, восхитительно, одуряющее близко — сильный, чуткий, красивый мужчина.

Удержаться от поцелуя не было сил…

Но ему не суждено было случиться — экипаж и окрестные улицы огласил душераздирающий мяв придавленного Дарси, о котором мы оба совершенно позабыли."

"— Как ты смела запа-мяу-товать обо мне? Предательница! — ревниво верещал скоттиш. — Этот жуткий демон отдавил мне весь бочок. И лапки, мои чудесненькие, миленькие лапки — ты приплющила их своим неподъемным задом! На диету садись, поняла? Кефир, пророщенные семеня льна и не больше трех яблок в день, я прослежу! Всю шерстку мне разлохматили, троглодиты… Придем домой — вычесывать будешь как минимум три часа. И вообще! Нельзя тебе целоваться с демоном, слышишь? Нельзя!

— Остановите, пожалуйста, здесь, — попросила я, вздохнув про себя. — До моего пансиона рукой подать. Остановите! Я задыхаюсь. Я хочу выйти!

Форас зло усмехнулся и провел пятерней по своим темным волосам, но отдал кучеру приказ.

Я хотела выскользнуть из повозки и быть такова, однако демон опередил. Выскочил раньше, и, быстро обойдя экипаж, остановился у подножки. Я думала, он сделал это для того, чтобы подать мне руку…

Вместо этого Форас просто подхватил меня за талию и снял, как куклу, не отпуская от себя.

— Прекратите, пожалуйста. Люди смотрят. Пойдут сплетни…

— Пусть. Пусть все Инферно говорит о том, что вы — моя.

— Это будут лживые разговоры.

— Ты с завидным упорством отталкиваешь меня, Катажина. Но не понимаешь, что тем сильнее притягиваешь к себе. Манишь, как магнитом. Загадываешь загадку, за отгадку которой я готов поставить на карту все.

— Кажется, мы не переходили на ты…

— Считай, что верховный демон Инферно разрешает тебе личное обращение. Это большая честь.

— Избавьте меня от нее.

— Ни за что на свете, — не отводя глаз, прошептал Форас и еще крепче прижал меня к себе.