Вернее, проживания Катажины Лэверти. Впрочем, теперь это было одно и то же.

Выходило, что живу я не так уж и далеко — можно дойти пешком.

Добрая девушка предложила проводить меня до пансиона, чтоб я смогла удалиться в свою комнату и полежать, прийти в чувство. При этом она не отводила восхищенного взгляда от Дарси, который, насупившись, злобно сверкал оранжевыми глазищами, мысленно придумывая служанке различные кары.

Я предпочла остаться в лавке. Вдруг покупатели все-таки придут, и я заработаю пару монет?

Похоже, что проживание у госпожи Фернанды у меня с полным пансионом — то есть с завтраком, обедом и ужином. Но я должна за это заплатить.

— Это что еще за помои? — возмутился между тем котик, сунувшись в сверток с едой. — Говяжья похлебка с овощами, утиный паштет и финики. Гадость какая! Разве это обед для такой сановной особы, как я?

— Спасибо и на этом, — я не разделила его негодования.

Несмотря на высокомерный вид, Дарси снизошел до утиного паштета. Причем ел с необыкновенным аппетитом. А потом улегся в старом кресле, сытый и довольный, уютно свернулся клубком и задремал.

Я же от нечего делать занялась уборкой — сорный пол и окна, которые от грязи слабо пропускали свет, раздражали. В довершение всего, нашла масленку и смазала скрипящие петли входной двери.

Увы, до вечера ни один клиент так и не явился. Похоже, никому были не нужны удобрения и бытовые эликсиры.

Закрыв лавку на ключ, который висел на гвоздике рядом с дверью, мы с Дарси отправились искать пансион госпожи Фернанды.

Из-за скоттиша горожане смотрели на меня с интересом — похоже, вислоухие коты и вправду были здесь в диковинку. А я шла, стараясь поменьше глазеть по сторонам. Хоть мне и было ужасно интересно.

Узкая улица, на которой находился магазин удобрений, сменилась более широкой и чистой. Здания здесь были покрасивее и поинтереснее, со сложной, ассиметричной формой, многогранными островерхими крышами, большим количеством всяких архитектурных деталей, башнями, балконами, множеством окон разных форм и размеров. Но расцветка фасадов была большей степенью темная — никаких жизнерадостных цветов.

Так же обращало на себя большое количество зеленых насаждений. Здесь, так же как и в моем мире, стояла осень, теплая и солнечная. Темный Инферно, окрашенный в золотистые и багряные тона, выглядел загадочным и мистичным. В этом городе было свое очарование.

Красные листья лежали на мостовых и тротуарах, громко шелестя под ногами и копытами впряженных в кареты и повозки лошадей.

Я по словам Мэг даже примерную карту себе набросала, но все-таки умудрилась заблудиться.

Расспрашивать дорогу, привлекая этим к себе внимание, не хотелось, но делать было нечего.