Ну а я, в связи со своим интересным положением, позволила себе немного расслабиться.

Тем более, в деле с нашими добрыми родственничками была поставлена окончательная точка. За похищение и заточение собственной сестры Порцию заперли в том же самом зеркале на тридцать лет. Джулию, как дочку преступницы, лишили титулов и всех средств к существованию.

— Мои проверенные источники утверждают, что твоя кузина сейчас трудится на дальней навозной ферме, — усмехнулась Трисия. — Собирает фекалии драконов. Какая незавидная участь! Надо написать про бедняжку подробную статью с красочными иллюстрациями, может кто-нибудь из высшего общества сжалится и пошлет ей гуманитарную помощь…

— Такая статья станет гвоздем в крышку гроба, — покачала головой я. — Она ведь не знала о том, что ее мать похитила мою маму.

— Пожалела родственницу?

— Думаю, с Джули достаточно навозной фермы.

Трисия пожала плечами. Искренне надеюсь, что она прислушается к моему мнению. В моем теперешнем положении мне не хотелось мстить. А хотелось как можно скорее уехать с Форасом в свадебное путешествие. Куда мы, собственно, со дня на день и собирались…

— Леди, леди, помогите! — из-за кустов выскочила взлохмаченная девчушка лет девяти. — Там моя мама! Ей вдруг стало плохо! Помогите, умоляю вас!

Мы с Трисией переглянулись и, не задумываясь, ринулись в беседку, на которую указывала девочка.

Она стояла на отшибе, загороженная тяжелыми зарослями плюща.

В какой момент я потеряла Трисию, не знаю. Она только что была рядом, и вот — кажется, отстала, словно осталась за стеклянной стеной, из-за которой донесся ее отчаянный испуганный крик.

А я осталась на выщербленных ступенях одна.

И не было здесь никакой мамы девчушки, которой стало плохо. Да и сама девочка стала меняться — увеличилась в росте, раздалась в фигуре, а волосы ее порыжели.

И вот тут до меня дошло, что не зря все предупреждали меня о коварстве баронессы Монисы Вариен, которая затаилась, как ядовитая гадюка, чтобы нанести ответный удар.

Все это время она выжидала. И вот — дождалась.

Я попыталась ринуться через мраморные перила, но из тени беседки мне наперерез выступили четверо, лица которых были скрыты черными капюшонами.

Один из них схватил меня и приставил нож к горлу. О, как я жалела, что сейчас у меня при себе не оказалось сумочки с тошнотворными эфирами! Пшикнула б им в лицо — и в два счета скрылась! Кстати, хорошая идея — создать тут что-то вроде газовых баллончиков.

Если выберусь из этой передряги — займусь, обязательно займусь!

Но шансов на это, похоже, у меня было ничтожно мало.

— Думаешь, ты победила, дешевка? — сверкнула на меня страшными зелеными глазищами отвергнутая бывшая любовница моего мужа.