Однако я не удержалась от вполне закономерного в моем положении вопроса:

— Какую еще амбру?

— Обычную амбру! «Дохликс», если тебе это о чем-то говорит! — весьма раздраженно ответила тетя Порция и ласково обратилась к демону и его рыжей девице. — Вы ее простите, у Катажины от рождения очень слабый дар, да и тот в последнее время стал затухать. Бедняжка стала такой рассеянной! Ладно, посмотри вон за тем шкапом, по-моему, там оставалось несколько амбр.

Это уже она, сквозь зубы, сказала мне.

Я послушно отправилась вглубь помещения, в то время как тетушка постаралась занять посетителей светской беседой.

Поди не знаю куда, принеси то, не знаю что, называется!

4 глава

Как должен выглядеть яд, я примерно представляла. Но ничего похожего на флакончик с черепом и костями на этом стеллаже не было. Были какие-то бутыльки без этикеток.

Но на этом все.

Что ж у них тут за дезорганизация-то, а?

— Катажина, ты там уснула? — послышался недовольный возглас тетушки. — У вас такие утонченные духи, баронесса Вариен. Я в полном восторге! Вы можете заглянуть к нам…

Пока тетя Порция нахваливала духи рыжеволосой и куда-то усиленно ее зазывала, я схватила первый попавшийся флакончик и решила попробовать им брызнуть.

— Не советовал бы, — послышался голос с чарующими хрипловатыми нотками.

М-м-м, похоже, темный герцог Данталион идеален абсолютно во всем. Его баритон источал такое искушение, что мог запросто вызвать у непосвященных обморок.

Верховный демон Инферно возник рядом со мной, точно из воздуха. Он лениво оперся плечом о стеллаж, не боясь испачкать сюртук, и беззастенчиво меня рассматривал.

От взгляда этих холодных и прекрасных глаз совершенно необычного синего оттенка у меня затряслись коленки.

Я разозлилась и тут же из вредности нажала на пшикалку. Дозатор извлек сноп черной субстанции, похожей на маленькую грозовую тучу, которая принялась быстро разрастаться.

Демон небрежно взмахнул рукой с перстнями, каждый из которых стоил целое состояние, и облачко исчезло.

— Как насчет поблагодарить? — с ленцой осведомился красавец.

— Спасибо, господин демон, — я сделала реверанс. — Письменная благодарность потребуется?

Это получилось на удивление легко, учитывая, что этот реверанс — первый в моей жизни. Тело послушно сделало все само — красиво и изящно.

— А ты умеешь писать? — с интересом переспросил темный герцог.

— И даже читать, — понизив голос, сообщила я.

Ой! Что это я делаю? Скоттиш же сказал — не высовывайся. Разумно, между прочим, сказал.

— Похвально, — демон придвинулся ближе, зажимая меня в угол. — Может, почитаешь мне что-нибудь сегодня на ночь?

Он был так близко — чужой и волнующий. Что-то дрогнуло во мне.