Словно по Божьему велению, к ним прибыла бригада пожарных. И под окнами второго этажа они уже натянули полотно. Эмили видела своего дядю, стоящего среди толпы и безучастно наблюдающего за ними, на его лице ни одной эмоции, точно он уже смирился с их гибелью.

К черту его смирение. Эмили отказывалась сдаваться.

Беспрестанно кашляя, она оторвала кусок своей юбки и накинула на голову Бастьяну для защиты от огня. Буквально в последнюю секунду она успела вытолкнуть его из окна, успела с замиранием сердца увидеть, как брат падает точно в центр натянутой простыни, отвернувшись от огня. Отвернувшись от нее."

"И в следующий момент Эмили закашлялась окончательно. У нее заслезились глаза, и ее тело согнулось пополам в судорогах. Она отпрянула назад, обеими руками сжимая горло, чувствуя, как жар сдавливает ей легкие. Когда же она заставила себя выпрямиться, драгоценный момент был упущен.

Через окно ей было уже не спастись.

Дикое пламя плясало со всех сторон.

Новые слезы потекли у Эмили по щекам. Она прижалась к полу, ища свежего воздуха, осознавая, что огонь скоро до нее доберется, и молясь, чтобы она успела задохнуться от дыма до того, как языки пламени сожгут ее кожу.

Что-то промчалось сквозь огонь. Какое-то движение промелькнуло над ее головой, кто-то спрыгнул с потолка.

За миг до того, как Эмили поддалась дыму и отчаянию, нечеловеческие глаза – с большими черными зрачками, окаймленными охрой, – уставились на нее, и чьи-то крепкие руки выхватили ее из огня.

Когда Эмили очнулась, ее легкие жгло. Кожа на ее правой руке и с правой стороны шеи обгорела. Ей потребовалось лишь мгновение, чтобы согласиться на все условия. Согласиться служить кому бы то ни было – тому, кто спас ее. Присягнуть на верность тому, кто поклялся положить конец ее мукам, тому, кто дал обещание никогда от нее не отворачиваться.

Давая то обещание, Эмили вспоминала взгляд своего дяди, спокойно наблюдавшего, как горит их дом. Облегчение, появившееся на его лице, когда Бастьян оказался спасен, когда его поймали пожарные. Она вспоминала, как затем он отвернулся от горящего здания, как он без колебаний отвернулся от нее.

При жизни Эмили дядя Никодим никогда особо не интересовался ее благополучием. А когда она оказалась при смерти, он просто оставил ее погибать. Он бы, вероятно, самолично спалил все дотла, если бы это помогло ему сохранить свое наследие.

Именно поэтому Эмили и отняла у него это наследие. Именно поэтому Эмили и солгала каждому. Даже тем, кого хотела любить.

Она хитро улыбнулась Луке Гримальди.

То, над чем Эмили трудилась все эти годы, должно было вот-вот завершиться. Она уже осуществила часть мечты Луки. Она вышла за него замуж.