Гном перестал пить, когда его внимание вновь привлекла Селина.

– А эта девчонка выглядит знакомой. Скажи мне, дитятко, кто из придворных Летнего королевства даровал тебе бессмертие?

Селина помрачнела, сделала маленький шаг назад и поклонилась.

– Боюсь, я не знаю, ваше… величество.

– Ваше величество! – самодовольно загоготал гномий король. – Ты, должно быть, этириал, рожденный на земле?

– Да, ваше величество.

– Мне нравится, – хмыкнул тот. – С этого самого момента каждый присутствующий здесь будет обращаться ко мне ваше величество.

Смертные такие забавные. Сюнану бы ты понравилась, девчонка. Он нередко упоминал о пророчестве, согласно которому создание, обладающее смертной кровью, укротит тварей и спасет наш мир. – Он засмеялся, глядя в свой кубок, и вино закапало по его заледенелому подбородку. – Я скучаю по нему порой, хотя бы из-за его забавных шуток. – Допив остатки своего напитка, он стукнул кулаком по столу перед собой. – Ну а теперь к вопросу о дарах. Вы пришли в мое королевство, не предложив мне ничего ценного. Мои ледяные шакалы за стенами ждут не дождутся, когда смогут напиться вашей крови в уплату за подобное оскорбление.  – Его черные глаза блеснули. – Если, конечно, вы по-прежнему не можете мне ничего предложить.

Арджун побледнел, вспомнив умирающего чхоллиму во дворе. Это он виноват, он не вспомнил, что в землях Сильван Вальд подобные подношения были необходимы. Если теперь он не сможет предложить королю ничего ценного, его кровожадные подданные наверняка оторвут по руке и ноге у каждого из них. Это как минимум.

А если что-то случится с Селиной, госпожа Силла ни за что его не простит, даже не вспомнит о том, что Арджун – сын ее подруги и ее генерала.

– У меня есть кое-что ценное, – сказал Арджун. – Я могу предложить вам месяц службы сына Сильван Уайль, готов начать работу со следующего лунного месяца.

– Чьего сына? – спросил гномий король, сжимая пальцы в кулак.

– Сына генерала Рийи, предводителя серых мантий. – Перешептывания послышались за столами при упоминании этого имени. Арджун не удивился подобной реакции. Его мать была хорошо известна в этих землях.

Ее любили и ненавидели в равной степени. Она была лучшей охотницей в Сильван Уайль, лучшей убийцей тварей, которые осмеливались пересечь границы летних территорий.

Бастьян схватил Арджуна за плечо, однако Арджун даже не вздрогнул.

– Год, – начал торговаться король.

– Один месяц, – ответил Арджун.

– Шесть месяцев.

– Шесть недель.

Король рассмеялся.

– Дай обещание, сын генерала Рийи. И я запомню, как помнит, почитает и сдерживает все свои обещания ваш народ.