Мэделин показалась в поле зрения Джея, ее серьезные карие глаза сердито глядели на него. Джею в этот момент ничего не хотелось так сильно, как отвернуться от нее. Ему было горько смотреть на нее. Нет, он не хочет на нее смотреть. Боль в его груди казалась слишком сильной, точно на него обрушился вес нескольких миров.

Еще сто лет назад Джей отдал бы все, чтобы увидеть свет ее глаз, увидеть, как улыбка озаряет черты Мэделин, точно солнце озаряет небосвод. Поэтому Джей уставился на нее сурово, мысленно приказывая ей отвернуться. Но Мэделин есть Мэделин. Она никогда не станет делать то, чего он хочет.

Только то, что ему нужно.

Бастьян подошел к ней, его лицо выглядело совершенно бесстрастным.

– Ты и правда думал, мы не узнаем о том, что ты играешь в одной команде с правительницей Сильван Уайль? – Голос Бастьяна звучал как лед, сходящий с горных вершин гор. – Ты думал, мы не узнаем о твоем двуличии? Полагаю, мне не следует удивляться подобным предательствам, особенно после того, что сделал Найджел.

– Ты ответишь за это, Шин Джейяк. – Мэделин с трудом выплевывала слова, ее нижняя губа дрожала. Как непохоже на нее.

 – Comment as-tu pu faire cela?

«Как ты мог так поступить?»

Годами Джей лелеял надежду, что Мэделин сможет его понять. В конце концов, ведь она пожертвовала когда-то всем, что у нее было, ради своей сестры Гортензии, которая умерла бы от болезни, если бы Никодим не согласился обратить и ее тоже. Ради своей вампирской семьи Мэделин отказалась от своих чувств к Джею. Никодим не хотел, чтобы его лучший наемный убийца был уязвим из-за каких-то земных привязанностей.

Поэтому Мэделин отказалась от своих чувств и от своей любви.

А Джей не стал возражать. Ему следовало бороться за нее! Следовало возразить тогда Никодиму. Но жажда мести поглотила его настолько, что даже Мэделин в тот момент перестала иметь для него значение. Когда же он осознал свою ошибку, было уже слишком поздно.

Джей ощутил, что снова чувствует пальцы рук и ног, однако не пошевелился. Пока не пошевелился.

Его братья и сестры не единственные, кто способен устроить засаду.

Арджун стоял за его спиной, готовый парализовать Джея снова, если тот попытается атаковать. Они ожидали, что Джей нападет так же резко, как делал обычно.

Даже сам Джей готов был признать, что это его лучший шанс на побег. Удар, быстрый, сильный и точный. Если он ранит одного из них так, чтобы это посеяло панику, то у него будет достаточно времени, чтобы сбежать во мрак ночи и вернуться к зеркалу в своей квартире. Оттуда он сможет отправиться к леди Силле и сообщить ей обо всех произошедших событиях.

Рациональная сторона Джея понимала, что это лучший план из всех возможных. На самом-то деле он уже даже выбрал, кого ранит.