Дейн запрыгивает в пикап и беззаботно мне улыбается, откидываясь на спинку сиденья. Ему легко.

– Посмотрим Netflix? Или просто посидим?

Усмехнувшись, я поворачиваю ключ в замке зажигания.

– Катись отсюда.

Двигатель возвращается к жизни с особым, мягким звуком, которого не так просто было добиться. Двоюродный брат отдал мне машину, когда выпал из жизни на три года, но, вернувшись, не потребовал ее назад, так что, думаю, теперь она моя. Я благодарен, что несколько лет назад он передал мне ключи. Когда пришло время, я не хотел обращаться к отцу с просьбой о машине."

"– Ну так вот, я вчера вечером был на свидании, – продолжает Дейн, никак не реагируя на мои слова.

 – Помнишь ту девушку из Сигма-Каппа… как его там? Она была на концерте вчера вечером, и все шло просто замечательно. Мы пялились друг на друга все гребаные четыре часа… – Он замолкает, поворачивается ко мне и взволнованно продолжает: – Мы приехали к ней, чувак, и я сижу такой в гостиной, пока она пошла в ванную, уже изнываю, потому что она та еще горячая штучка, понимаешь? И угадай, кто вдруг входит в комнату?

– Дейн. – Я закрываю глаза, мечтая, чтобы он заткнулся.

– Ее мама, чувак! – вскрикивает он. – Ее мать в тонюсенькой розовой ночнушке и с ногами от ушей. И позволь тебе признаться, мужик… “Stacy’s mom has got it going on!”[6]

Я больше не могу сдерживаться. Я ухохатываюсь над цитатой из песни и потираю переносицу, усталый, но наконец сумевший чуть-чуть расслабиться. И что уж там, спасибо ему за это.

Он такой идиот.

Дейну двадцать один, но он после школы так и не сделал со своей жизнью ничего путного. По-прежнему живет в доме у родителей, обожает писать музыку, у него нет никаких планов на будущее, и это его ничуть не напрягает.

Хотел бы я быть таким же беззаботным, как он.

Я спокойно выдыхаю, смотрю на него и чувствую укол вины. Он по-прежнему хороший друг, а я в последнее время превратился в отвратительного.

– Прости меня насчет группы.

После смерти Энни я никого видеть не мог. Начал прогуливать школу, окончательно оставил попытки наладить отношения с отцом…

Потеря Энни его полностью разбила. Я хоть немного отошел от горя за пару месяцев, слонялся без дела, но оплакивать ее вместе мы все равно не могли. Я не мог смотреть на это. Он был так несчастен.

А я – зол. Смерть Энни разрушила последнюю ниточку, которая связывала нас и заставляла держаться вместе.

А моя горе-матушка даже не приехала на похороны. Я думаю об этом каждый день, и каждый раз ярость вскипает с новой силой.

Дейн просто пожимает плечами.

– Мы пока убиваем время и ждем, когда ты будешь готов вернуться, – говорит он мне. – Ты же знаешь, без тебя мы ни на что не годимся.

– Да, понимаю… Но я ничего не писал уже несколько месяцев. И, видимо, уже никогда не смогу, так что не нужно меня ждать.